Против течения

Она почти слышала удары своего сердца.

Но так ли было на самом деле?

— Дорогая, все было чудесно, ну просто чудесно! — Майра с чувством сжала в объятиях сестру. — Ты знаешь, этот милый капитан Марлоу сказал, что я выгляжу как Персефона. Сначала я не могла вспомнить, кто это, пока Чарлз не шепнул мне на ухо: «Весна». Значит, это был комплимент, не правда ли? Все было абсолютно великолепно…

Майра вздохнула с полным удовлетворением, и Энн, прижав ее к себе, сказала мягко:

— Я рада, что ты была счастлива, девочка.

— Если бы кто-нибудь два месяца назад сказал нам, что мы окажемся в Галивере и я буду танцевать с разными известными людьми, одетая в самое красивое на свете платье, ведь мы бы посмеялись над ним, не так ли?

— Мы бы подумали, что это одна из твоих романтических историй, — поддразнила Энн.

— Но они осуществились! Ты смеешься надо мной, но видишь, время показало, что я права. О Энн, я так рада, что вы с Джоном поженились!

— Ты рада? — Ее тон изменился, и Майра разомкнула объятия.

— Ну и пусть, — возразила Майра и одновременно зевнула: это был длинный день.

— Не пора ли этим двум девочкам в постельки? — сказал из дверей Чарлз.

— Майра притворяется, что не устала, — ответила Энн.

— Ну а я знаю, что устал, — сказал Чарлз. — Джон провожает последних гостей.

— А Вивьен ему помогает, — сказала Энн. Она не могла удержать легкого укола в своем тоне, хотя хотела, чтобы замечание прозвучало с юмором.

— Вивьен, как вы и сказали, помогает ему, — медленно произнес Чарлз.

Энн показалось, что в его словах заключен какой-то тайный смысл, которого она не поняла. Но Майра, переполненная эмоциями, подлетела к Чарлзу через весь зал по сверкающему паркету:

— О Чарлз! — воскликнула она. — У меня был такой восхитительный вечер, и я знаю, что благодаря вам! Теперь я вижу, что все мои платья никуда не годятся. Днем, когда вы мне сказали об этом, я обиделась, но ведь тогда я еще не видела этого. — Она приподняла прозрачную юбку из белых кружев.

Да, платье было великолепным, и Энн, увидев в нем сестру, еще раз убедилась, что Чарлз — гений в деле, касающемся женской одежды. Платье, которое он заказал, прибыло с посыльным из Лондона буквально за полчаса до обеда и казалось созданным с учетом романтической натуры Майры.