Против ветра, мимо облаков

 — Следы стероидных препаратов — да, но наркотиков не было. Что-то в их семье странное происходило, и я хочу выяснить, что именно. Дело в том, что Виктория перестала общаться с родителями, когда ей было восемнадцать лет. Ушла из дома, жила у бабки, матери отца, в Привольном, и с тех пор не общалась ни с родителями, ни с братом и сестрой. Конечно, судя по тому, какая у них семья в целом, возможно, она не хотела быть частью их, но я думаю, что-то произошло, потому что старшие Станишевские неспроста говорили о ней с такой ненавистью, когда была убита Дарина.

Они, кажется, ни минуты не сомневались в ее виновности.

— Тоже верно. — Бережной потрогал пальцами стакан и, убедившись, что чай остыл, сделал глоток. — Поговори с подругой Станишевской Аленой Дмитриевой, она должна все об этом знать. А я получил неожиданную информацию. Поговорил с начальником колонии, где отбывала наказание Виктория — просто поинтересовался, как ей пришлось. И странные вещи она мне рассказала.

— Я весь внимание, Андрей Михайлович.

— Дело в том, что мы изначально неправильно подошли к оценке личности Виктории. — Бережной допил чай и встал, ему лучше думалось, когда он шагал по кабинету. — Мы решили, что это рафинированная светская дама, беспомощная и требующая тепличных условий. И она выглядит именно такой. Но вот смотри: она выросла в семье, которая ее отторгала, — но каким-то образом она сумела сделать неплохую карьеру. Работая на телевидении, за короткое время очень многого достигла, иные годами киснут в простых журналистах, а у нее появилась своя программа, и на радио тоже.

И при этом она умудрилась не нажить себе врагов, бывшие коллеги отзываются о ней вполне доброжелательно. Мало того, все в один голос говорят, что Вика была милой, отзывчивой, если к ней обращались за помощью, всегда помогала, и — вот еще один немаловажный момент — на дни рождения всегда дарила подарок, который оказывался именно тем, что хотел получить именинник. Это мог быть не самый дорогой подарок, но она всегда попадала в цель, и никто не знал, как ей это удается. Понимаешь?

— Да. — Реутов кивнул. — Виктория чрезвычайно наблюдательна, но при этом сумела сделать так, что никто этого не понял. А она знала все и обо всех.

— Именно. И если бы у ее сестры случился роман с ее же приятелем, Виктория бы это узнала еще на стадии обоюдного интереса этих двоих друг к другу. Так что убийство на почве ревности я отметаю окончательно. Тут, Денис Петрович, есть еще один момент.