Против ветра, мимо облаков

А то если что, я в кафе — на трассе, недалеко от нашего поворота, видела?

— Это которое «У Алены», что ли?

— Ну да. Я в кафе управляюсь, а у мужа там мойка для машин и ремонтная мастерская. — Алена ухмыльнулась. — Но и в кафе он помогает, конечно. У нас, правда, кухня простая — борщ да каша, ну и прочее, что обычно в семье готовим, так и публика у нас простая — дальнобойщики в основном. А дальнобойщику что, ему в рейсе не салат из крабов надо, а горячего борща да картошки с куском мяса, но и десерты есть для барышень, вечером местная молодежь тусит.

Они вышли во двор, из прохлады дома в горячий летний воздух, пахнущий цветами и травами, и Валерия снова подумала о том, что ей очень приятно находиться в этом дворе, где время словно остановилось на какой-то ноте безмятежного покоя, и с тех пор ничего не менялось.

— Подбросишь меня до кафе? — Алена поискала глазами Вику, но та, как нарочно, спряталась. — Вика!

— Да здесь я. Ты уже уходишь?

— Ну и ладно. — Вика выглянула из-за угла, с охапкой каких-то трав в руках.

 — В добрый путь.

Так всегда говорила бабушка Люба — в добрый путь, и не важно, кто уходил и как надолго. Бабушка считала, что любое расставание может стать вечным, потому что судьбы своей никто не знает.

— Вечером не зайду, надо матери помочь стенку подправить в коровнике, она уже и глину замесила. — Алена кивнула в сторону летней кухни. — Я тебе творога и сметаны принесла, в холодильник поставила, поешь обязательно.

Валерия видела, что эти двое привыкли общаться, опираясь на полное понимание.

Они именно что понимали друг друга, чувствовали так, как могут чувствовать друг друга только очень близкие люди, знакомые много лет, — и эти две женщины, молодые и совсем друг на друга не похожие, знакомы, наверное, с самого детства. И хотя одна из них — плоть от плоти этой земли, а вторая — словно вырванный с корнем и пересаженный на новое место капризный цветок, тем не менее для них не имеют значения слова, потому что общаются они не словами.

И пряно пахла охапка трав в руках Вики, а ее гладкое лицо с шелковистой кожей, такое не по-летнему белое, контрастирующее с загорелой Аленой. Ну, откуда ей знакомо это лицо, этот голос, манера держать голову, большие голубые глаза с прозеленью…

— Вы Виктория Станишевская! — Валерия даже подскочила на месте. — Боже мой, как я могла не узнать вас сразу, я же…

Валерия осеклась, испуганно закрыв рот ладонью.