Прыжок под венец

И что тогда? Альгендия бы погибла? Как-то безумно верить в то, что судьба целого государства была отдана во власть слепого случая!

– Я думаю, тебе надо вернуться домой, – вполголоса завершила Генриетта. – Ты ведь говорила, что у тебя там осталась семья и жених.

Я непроизвольно поморщилась от последнего слова. Ну, говоря откровенно, я совершенно не мечтаю о новой встрече с Владом. Напротив, с огромным удовольствием его бы никогда больше не видела. Но в чем-то Генриетта, безусловно, права. У меня в родном мире остались мать и сестра.

Будет очень неправильно и нечестно, если они не узнают о моей судьбе. Неведение – это самая жестокая пытка, когда тревожишься за родного человека.

– Я уверена, что если ты вернешься к себе, то все будет возможно переиграть. – Генриетта задумчиво накрутила локон на палец, неотрывно глядя на меня. – Единый не допустит гибели целой страны. Появится новая верховная жрица. И ею стану я!

После чего девушка горделиво выпрямилась. На ее губах заиграла довольная усмешка, как будто она уже видела в своих мечтаниях коленопреклоненного Вэйланда, протягивающего ей заветный помолвочный браслет.

– А если опять случится какая-нибудь неожиданность? – не выдержав, задала я вполне резонный вопрос. – Если выбор вашего бога падет на другую девушку и именно она станет новой жрицей?

Высокий гладкий лоб Генриетты раскололи некрасивые морщины. Она нахмурилась, будто такая мысль ей не приходила в голову до сего момента.

– Нет, такого не произойдет! – наконец с удивившей меня уверенностью проговорила она.

 – Я не позволю. Мэтр Тилдстон, конечно, сплоховал. Но он клятвенно обещал мне, что…

И запнулась, осознав, что сболтнула лишнего.

Ах, вон оно как. Стало быть, Азиэль имел все основания недолюбливать своего целителя. Тот намеренно держал его в изоляции, тем самым помогая Генриетте добиться желаемого. Видать, эта парочка решила, что если запретить кому-либо приближаться к королевским покоям, то рано или поздно процесс преображения начнется при Генриетте.

Так сказать, за неимением лучшего придется Единому довольствоваться тем, что есть.

Интересно, а Вэйланд в курсе тех ухищрений, на которые пошла Генриетта, пытаясь стать его женой?

Была у меня непонятная уверенность в том, что он ничего не знал. Напротив, Вэйланд как будто обрадовался, когда оказалось, что все планы Генриетты потерпели крушение.

«Да, но он спал с Генриеттой, – напомнила себе я. – Не силком ведь она укладывала его в постель».