Птицы Великого леса

– Почему вы обвинили Мефодия? Третьяна рассказала мне, что во всём виновата княгиня.

Святослав разглядывал её с насмешкой, пусть не злой, но чуть надменной.

– Ты не можешь просто так обвинить княгиню, пусть даже все доказательства у тебя на руках. Дарина, послушай мой совет, не иди открыто против Здеборы. Люди всегда встанут на её сторону: она знатна и богата, в её руках власть. Но теперь она будет бояться, что всё зайдёт слишком далеко. Казнь Мефодия послужит для неё предупреждением, – Святослав посмотрел куда-то в сторону.

Боярин улыбнулся на прощание и поспешно ушёл. Дара не успела собраться с мыслями, когда рядом уже оказались Третьяна вместе со Стрелой.

– Удачно мы отделались от Мефодия, – Ростислав улыбался, глаза бешено горели от возбуждения. – Я его всегда терпеть не мог. Он вечно приходил в гридницу и угрожал нам гневом Создателя по каждому поводу.

Пусть теперь у Дары стало на одного врага меньше, радости она не почувствовала.

Пора было возвращаться домой. Медленно все втроём они направились к воротам из детинца, когда со стороны раздался знакомый голос:

Навстречу спешил Богдан. Он был одет явно в чужой тулуп, слишком узкий в плечах. На лоб ему съезжала меховая шапка. В руках Богдан держал топор.

– Здравствуй, – губы сами собой расплылись в улыбке. – Если пришёл на мою казнь, то сегодня её не будет.

Он засмеялся и покачал головой.

– Шутки у тебя злые, как всегда.

– Тебе они обычно нравились.

За спиной у Дары вдруг закашлял Стрела. Она оглянулась и заметила его любопытный взгляд. Богдан смущённо улыбнулся.

– Это правда, шутки у тебя жуткие, но мне такие в самый раз. Наверное, не зря про меня говорят, что отец порой бил молотком мимо наковальни по моей голове, – он поправил съехавшую шапку. – Я слышал, что случилось. Хотел сказать, что рад за тебя, переживал, как бы чего не случилось. Что бы там ни говорили, а я не верю, что ты способна совершить зло.

Дара не сразу нашлась, что сказать.

– Великий князь меня в обиду не даст, – пробормотала она.

– Да уж, – Богдан потупил взгляд, уставился себе под ноги. – В общем, удачи.

– Удачи, – эхом отозвалась Дара. Она хотела остановить его, поговорить ещё, быть может, позвать в гости на посиделки, как прежде бывало зимними вечерами в Заречье, но Богдан уже направился к гриднице, и Дара растерянно посмотрела ему в спину.