Птицы Великого леса

Дара сжала кулаки и вздохнула громко, просыпаясь. Она села, зажав рот рукой, сдерживая всхлипы.

Сердце в груди бешено колотилось.

Почему с ними был Барсук? Почему он ждал её за снежной бурей вместе с отцом и сестрой?

От волнения Дара не могла оставаться на месте. Она прокралась к двери, опасаясь разбудить кого-нибудь, вышла на крыльцо. Морозило. На востоке уже светало. Зимний серый рассвет окрасился розовыми переливами.

Дара уставилась на чёрную линию леса, обнимая себя руками. Она почти не чувствовала холода, только боль в груди, там, где билось сердце.

Она не могла вернуться домой. Не могла отступить. Не после всего, что случилось.

Но на мельнице ждал Барсук, ждала мачеха. Скоро весна, нужно будет молоть зерно. Дара пригодилась бы дома. Она бы снова стала там счастлива. Она бы слушала реку, ходила по горячей земле босыми ногами. Её руки вспомнили бы, как доить корову, а спина заныла бы от тяжёлых мешков с зерном.

Но Дара должна была остаться.

Всё ярче загоралось небо на востоке.

На дороге показались двое мужчин. Один держал под уздцы лошадь, другой, явно дружинник, расспрашивал его о чём-то. Оба обернулись, заметив Дару, и пошли навстречу. Она прищурилась, пытаясь разглядеть в рассветном сумраке лица.

– Что-то случилось? – спросила она, когда мужчины подошли ко двору.

– Госпожа княжеская ведьма, – позвал дружинник. – Тут гонец прибыл.

– Это я, – подал голос второй. – Богдан.

Дара застыла на мгновение, не веря своим ушам, слетела вниз по ступеням, бросилась на шею, прижалась.

– Ох, Богдан, – прошептала она сама не своя. – Ты был дома? Ты видел мою семью?

Юноша крепко обнял её в ответ, но промолчал. Дара отстранилась, заглянула ему в лицо. Богдан был осунувшимся, усталым. Его круглое лицо посерело. Дара смотрела и едва узнавала его.

– Был, – сухо сказал Богдан.

– Река на мельнице замёрзла. Мука закончилась.

Сердце пропустило удар. Она уже знала. Сразу сердцем почувствовала.

– Старый Барсук пытался разбить лёд, только… В общем, никто не видел, что именно случилось. Дед Барсук… провалился в воду.

– Так ведь… там не глубоко совсем, – слова стучали, как рассыпанный горох по полу, но смысла в них не было совсем.

– А дальше… Ждана клянётся, точно нечистая сила вмешалась, – Богдан отвёл взгляд.