Птицы Великого леса

Великий лес принял его кровь в дар и пропустил дальше. Милош ступил на тропу, готовый увидеть наконец избушку лесной ведьмы, к которой так долго шёл, но вынырнул из тёмной гущи деревьев к берегу реки.

На лесной поляне было солнечно и светло. Там Звеня только зарождалась и потому оставалась совсем узкой, от одного берега до другого получилось бы доплыть в два маха, но на воде качались кувшинки и на глубине плескалась рыба.

Дара сидела у реки, искала что-то в траве. Милош сделал шаг, и она подняла голову.

Глаза распахнулись от удивления. Он подошёл ближе, и девушка выпрямилась в полный рост. За месяцы она стала чуть шире и одежду теперь носила свободнее, но волосы заплетала по-прежнему в две косы.

Они смотрели друг на друга, пытаясь найти подходящие слова.

«Я прилетел вперёд всех остальных, – хотел сказать Милош. – Так торопился вернуться».

Но промолчал, повернул голову чуть в сторону, пытаясь скрыть своё уродливое лицо от внимательного взгляда.

– Земляника поспевает, – произнесла Дара.

– Хорошо, – он бегал глазами из стороны в сторону, не зная, куда смотреть. – Я принёс тебе гостинцы от Жданы.

– Спасибо. В лесу совсем нечего есть, кроме корешков. Мачеха приходит каждые три дня, а иногда присылает Чири или мальчишку. Стрела отправил ей холопа в помощники…

– Да, я их встретил.

Разговор выходил странный, неловкий.

Дара забрала котомку, хотела присесть на землю, и Милош расстелил на траве тулуп. Они сели на разные уголки, стараясь быть как можно дальше друг от друга.

Дара развернула котомку и сначала взяла хлеб, поднесла к носу и глубоко вдохнула. На лице её появилась улыбка, какой Милош никогда прежде не видел.

Совиное перо в тёмных волосах белело, словно седина.

Милош вытянул усталые ноги и перевёл взгляд на реку. Так было проще.

– Война закончилась? – спросила Дара. – Совсем?

– Да. Скоро все вернутся.

Милош наконец повернулся к Даре. Она выглядела спокойной, и во взгляде, и в жестах её читалось нечто, чего не было раньше.

Он не мог этого пока понять, но и взгляда отвести не получалось.

Дара положила хлеб и протянула руку к Милошу, коснулась его изуродованной щеки.

– Теперь будет лучше.

Прощаясь с моими птицами, я хочу поблагодарить всех, кто меня поддерживал.

Спасибо Мишелю, моему верному другу, который был со мной, когда я писала первые строки этой истории и когда писала последние. Без него я бы куда реже бывала на свежем воздухе.