Путь хранителя

Подходящих слов я не нашел, да и при свидетелях сказать не смог бы.

— Всё кончено, — Германа пошатывало, возможно от ран, но скорее от безысходности.

— Всё только началось! — излишне радостно заверил нас всех наставник, указывая на спешащих к нам дознавателей.

Закончили мы быстро, управились задолго до рассвета. У Глеба на руках в этот раз оказалась какая-то бумага с императорской печатью, которая помогла избежать многочасовых допросов. Пока над нами корпели целители, дознаватели возмущенно сопели, но не получили желаемого.

Внутренняя инквизиция уехала ни с чем, потому что почти на все вопросы ответ был «секретная информация».

Ну а Воронецкие и вовсе смылись перед самым их носом. Светлейших тронуть не посмели, едва увидели князя, отвели глаза и сделали вид, что никого не видели.

Наставник лично развез всех по домам, не дав и шанса обсудить дальнейшие планы. Напомнил помалкивать и пообещал объясниться. Последнее он адресовал лично мне и напоследок добавил:

— Не горячись, Илья. Я знаю, что тебя гложет, но также знаю, что ты парень умный.

И понимаешь, что никогда ничего не бывает так просто, как кажется.

Меня он отвозил последним и мы сидели в мерно тарахтящей буханке у дверей моего отеля. Хотелось прямо сейчас получить от него обещанные объяснения. Но ночка выдалась та ещё, проблема графа не решилась, что меня раздражало, и к тому же мне не терпелось узнать как там Карл и наемники.

Поэтому я кивнул в ответ и молча выбрался из машины.

Отсюда было хорошо видно зарево прожекторов и летающие вертушки над Ганзой.

Я постоял какое-то время, вдыхая прохладный ночной воздух и глядя на светопреставление. Завтрашние новости я мог лишь представить…

Пришлось вызывать такси и ехать на склад, за телефонами. Меня ждало сообщение от Карла, что всё в порядке и Фрося доставлена по адресу. Я отписался ему, наемникам и попытался призвать Кару. Дух-хранитель не явился, но я почувствовал слабый отклик. Жива. До меня донеслась волна недовольных эмоций, которую я интерпретировал как не лезть пока.

С такими итогами я и отправился спать, надеясь что меня не разбудит ничто и никто. Обитель я решил послать к демонам и отправиться к Лазарю, сознаться в проблеме, которую всё ещё нужно было решить.

Но моим мечтам суждено было остаться в мире грез и наивности. Разбудил меня невозмутимый голос над ухом:

— Ваше сиятельство, просыпайтесь, вас ждут.

Ларс, неведомо каким образом проникший в номер, возвышался надо мной и протягивал костюм на вешалке.