Он стонал, сжимая руками ее колени, и она чувствовала себя такой прекрасной, какой не смогли бы сделать ее даже его слова.
– Боже… я скучал по тебе, – сказал он.
– Я тоже.
Она уперлась ладонями в его плечи и, наклонившись вперед, начала двигаться быстрее.
– О, черт, Бэлла… возьми мою вену…
Приглашение было принято прежде, чем он успел закончить предложение – и в ее движениях нежности было не больше, чем в его. Его вкус был потрясающим, еще интенсивней, чем раньше. Каждый раз, как она питалась от него после рождения, все происходило….
с большой обходительностью. Сейчас же между ними царила дикость: искрящийся коктейль силы и секса, а не обычная подзарядка сил.
– Я люблю тебя, – прошептал он, пока она пила его кровь.
Они занимались любовью еще четыре раза.
Снова на кровати.
Два раза на полпути в ванную.
Еще раз под душем.
После они завернулись в толстые белые полотенца и опять забрались на кровать.
Зейдист прижал ее к своему боку и поцеловал в лоб.
– Вопрос с моим желанием к тебе исчерпан?
Она рассмеялась, проводя руками по его груди и опускаясь ниже к шести кубикам живота.
Она могла поклясться, что под ее ладонью мускулы наливались силой – его тело жадно всасывало то, что получило во время кормления. Она гордилась тем, что сделала его сильнее… даже больше: она чувствовала связь между ними.
Дева-Летописица не прогадала, создавая расу, вынужденную кормиться от самой себя.
– Ну? Исчерпан? – Зед перекатился, подминая ее под себя. На его лице сияла особенная улыбка под названием «Я тот мужчина».
– Или мне стоит вернуться к доказательствам?
Она провела ладонями по его сильным рукам.
– Нет, я думаю, мы… Зед!
– Что? – промычал он, снова устраиваясь меж ее бедер. – Прости. Ничего не могу поделать. Я все еще голоден. – Он прикоснулся к ней поцелуем легким как дыхание. – Мм…
Его губы спустились по ее шее, потерлись об укусы, словно говоря «спасибо».
– Мм… моя, – зарычал он.
Так медленно, так нежно… его рот спустился еще ниже, к ее груди. Он остановился, так и не прикоснувшись к соску.
– Они чувствительные? – спросил он, потершись о вершинку носом, а потом проведя по ней языком.
– Да… – Она задрожала, когда его дыхание ветерком прошло по тому месту, где только что был язык.
– Такими они и выглядят. Красненькие, цветущие и таким прекрасные.
Он никогда не был так нежен с ее грудями, лаская их руками и осторожно целуя.
Он начал двигаться еще ниже, спускаясь к ее животу, и она почувствовала новую волну жара и возбуждения.
