Рабыня Тёмного Лорда

ты отпрыгнула!

— Ты мог порезаться или обжечься, — резко сказала женщина. — Я тебя не. я очень люблю тебя, сынок. Просто так будет лучше.

Затравленный взгляд, заметила Кира. Следы слёз, замазанные пудрой, но тушь у неё всё — таки потекла, и пудра скрыла не всё.

Любила ли она ребёнка? Кажется, боялась она его куда больше.

Но отдать его мерзавцу, который. который сделал с ребёнком подобное? Как она могла? Неужели она не видела, что он за человек?

Возможно, что и нет. Она могла не знать. Но разве она не догадывалась? Не понимала, что детей-магов в обычном мире просто нет, а значит, ей нужно было скрывать сына всеми силами?

Но страх победил в ней любовь.

А может быть, любви к нежеланному ребёнку она и не испытывала; только долг, только надоевшая лямка, только злые мысли о том, что сын сломал ей жизнь.

— Мама, — тихо, почти робко сказал мальчик на заднем сиденье. — Я не хочу к отцу. Я вообще никуда не хочу. Я хочу домой. Можно мы поедем домой?

Он начал плакать. Кира расплакалась бы тоже, если бы могла.

Автомобиль подъехал к белоснежному особняку с колоннами. Полукруглая подъездная дорожка начиналась за резными чугунными воротами.

Которые были закрыты.

Женщина закусила губу и посигналила. Ещё раз.

Мальчик меж тем плакал всё громче и дёргал ручку двери. Безуспешно: было заперто.

— Ты уедешь, — прорыдал мальчик. — Ты… ты оставишь меня с ним… и не вернёшься!

Маг. Маг, полный интуиции, даже в этом возрасте.

И великой силы. Силы, которая прорывалась даже сейчас.

— Тихо, сынок, — твёрдо сказала женщина.

 — Просто помни, что я тебе сказала. Никаких чудес. Ничего, что ты умеешь. Не показывай никому, иначе тебя накажут.

— Тогда накажут и меня. Ты этого хочешь?

Мальчик всё ещё всхлипывал.

— Умница, Рон. Отец о тебе позаботится. А я. может быть, я ещё приеду.

Мужчину, бегущего к автомобилю, Кира увидела минуту спустя.

— Какого чёрта, Джерри? — прошипел он, наклоняясь над открытым окном. — И кто этот.

С его лица разом исчезла вся краска.

Лицо женщины было твёрдо.

— Я привезла тебе твоего сына.

Вылезай, Рональд.

Кира внимательно глядела в лицо мужчине. Одетый в домашние штаны и простую полосатую рубашку, такой обычный.

— Ты не сказала мне, — очень тихо произнёс он. — Я ничего не знал. Какого чёрта, Джерри, я помог бы тебе!

Его лицо было знакомо Кире. Слабо, но знакомо.

Главой совета попечителей Серого Дома, приюта, где она выросла. Где рос и его сын, Рон. Рональд Вейер.

Фамилия, которую дали будущему Тёмному Лорду воспитатели.