"
"Однако вполне можно предположить, что люди, привлекавшиеся к общественным работам во благо государства и лично его правителя, теряли свой статус свободных. К этим отношениям не следует применять современные стандарты. В одном из пассажей гимна Гудеа говорится о том, как энси призвал жителей на работы по восстановлению храма Нингирсу. Если понимать эти слова дословно, можно предположить, что правитель мог заставить все население (за исключением жрецов и чиновников) трудиться во благо всего города на общественно значимых объектах: в храмах, дворцах, на оборонительных и ирригационных сооружениях.
При этом в источниках ничего не говорится о слоях населения, которым позволялось не участвовать в этих работах. В них используются различные термины для обозначения социальных групп: эрен, гуруш, шуб-лугала, – которые, однако, не следует называть классами. К первой категории относились те, кто должен был исполнять трудовую повинность и кого можно было призвать на общественные работы или в войско.
В аккадском языке начиная с древневавилонского периода существовало слово сабум, имевшее аналогичное значение.
Гуруш – это возрастная категория, в которую входили взрослые мужчины, способные трудиться. Кроме того, данное слово могло иметь более общее значение – «работник». В хозяйственных документах оно часто заменяется понятием «эрен», которое, вероятно, обладало более обобщенным значением.
Термин «шуб-лугала» впервые встречается в письменных источниках, посвященных реформам Уруинимгины.
Дословно его можно перевести как «подвластный царю», что, однако, не помогает нам сделать какие-либо определенные выводы, так как в нашем распоряжении нет данных, позволяющих более подробно описать социальную роль этих людей. При этом делать на основании перевода данного понятия какие-то выводы об ограничении свободы этих людей не следует.
Наиболее ранним источником, содержащим сведения о масштабе использования в шумерских городах рабского труда, является архив Гирсу.
Так, согласно тексту, вырезанному на одной из табличек, в храме богини Бабы служили 188 рабынь, а в храме Нанше их было 180. Шумерское слово, которое переводится как «раб», «рабыня», записывалось в виде двух знаков: мужчина и чужая страна или женщина и чужая страна. Данный факт свидетельствует о том, что в большинстве своем рабы были иноземцами, захваченными во время походов или взятыми в плен в ходе военных действий.
