Разоблаченный любовник (Др. изд.)

Когда Буч приблизился к ее бутону, все его тело заныло, а ягодицы напряглись, как обычно бывает перед оргазмом.

Так, нужно срочно сбавлять темп. Ради них обоих.

– Мне нравится твой запах, Марисса.

Он поцеловал ее пупок, затем бедро, дюйм за дюймом спускаясь по кремовой коже. Ниже… ниже… пока наконец не коснулся сомкнутыми губами клитора.

Почувствовал он себя просто великолепно. Зато она сразу же напряглась. И вздрогнула, когда он положил руку на внутреннюю часть ее бедра.

Он немного отступил и потерся губами о ее живот.

– Как бы ты себя чувствовала, если бы тебе кто-нибудь так доверял? Допустил тебя в самый интимный уголок?

Он подул в ее пупок; ощутив тепло дуновения, она засмеялась.

– Ты оказываешь мне честь, сама хоть знаешь об этом? Ей-богу.

Он успокаивал Мариссу словами и легкими поцелуями, которые каждый раз задерживались на ее коже дольше и каждый раз опускались все ниже. Когда она была готова, Буч просунул руку между ее ног, схватил одну из них под коленом и слегка отвел в сторону.

Затем открыл рот и лизнул. Марисса ахнула и села.

Словно хотела убедиться в том, что он все делает правильно.

– Разве я тебе не сказал?

Он снова наклонился и легонько провел языком вверх по розовой плоти.

– Это французский поцелуй, детка.

Когда он повторил плавные движения, она запрокинула голову и изогнула спину, ее соски поднялись. Восхитительно. Это ему и нужно. Чтобы она не стеснялась, а просто наслаждалась ощущениями, которые дарит ей любящий ее так, как она этого заслуживает.

Он продолжил двигаться с улыбкой на губах, постепенно погружаясь глубже и глубже, пока не почувствовал ее настоящий вкус.

Он закатил глаза, сглатывая. Ничего подобного он прежде не пробовал. Океан, спелая дыня, мед – вот такой коктейль; Буч захотел разрыдаться от подобного совершенства. Еще… ему нужно еще. Но, черт побери, прежде чем продолжить, ему стоит чуточку остепениться. Он хотел полностью насладиться ею, но она еще не готова соответствовать его прожорливому аппетиту.

Когда Буч сделал небольшую передышку, она подняла голову.

Господи, он обожал эти блестящие, полные желания глаза.

– Почему бы тебе не лечь и не позволить мне продолжить. Мы только начали.

Когда Марисса немного расслабилась, он посмотрел на ее тайные уголки, замечая блеск на нежной плоти, представляя, что, когда он закончит, там будет еще больше этого великолепия.