Разоблаченный любовник (Др. изд.)

К его удивлению, никого больше не оказалось.

Но он все же почувствовал себя уверенней, когда Ви и Рэйдж материализовались за его спиной, заполнив своими разгоряченными телами холодный воздух.

– Похоже, здесь только он, – пробормотал Буч, приготовившись к драке, – И, думаю, мне не нужно напоминать, что он… мой.

Убийца подошел ближе, Буч приготовился к прыжку, но затем все стало чертовски непонятно. Святые угодники, наверное, ему это чудится. Не может же быть, чтобы из глаз форлессера катились по лицу слезы?

Тварь проговорила мученическим голосом:

– Ты, коп.

– Не верь этому, – сказал слева Рэйдж.

Глаза форлессера переместились на брата, затем вернулись к Бучу.

– Я просто хочу, чтобы это закончилось. Я в ловушке… пожалуйста, убей меня. Это должен сделать ты. Не они.

– С превеликим удовольствием, – пробормотал Буч.

Он бросился на парня, ожидая ответных действий, но мерзавец не оказал ни малейшего сопротивления – просто повалился на спину, словно мешок с песком.

Из уст лессера полились нелепые слова благодарности, бесконечный поток с оттенком вымученного облегчения.

Когда Буч ощутил потребность вдыхать, он схватил форлессера за горло и открыл рот, остро осознавая, что глимерия во все глаза глядит на него из окон особняка. Когда он начал втягивать, то думал лишь о Мариссе. Он не хотел, чтобы она видела происходящее.

Только вот… ничего не произошло. Никакого обмена. Некий блок мешал злу переместиться.

Глаза форлессера панически расширились.

– Это ведь срабатывало… с другими.

Буч продолжал вдыхать, пока не стало очевидным, что по какой-то причине он не может поглотить лессера. Потому что это форлессер? Да какая, к чертям, разница!

– С другими… – бубнил убийца, – С другими срабатывало…

– Видимо, не с тобой.

Буч дотянулся до пояса и вытащил нож.

– Хорошо, есть другой способ.

Он откинулся, занося лезвие над головой.

Лессер закричал и начал извиваться.

– Нет! Он будет меня мучить. Не-е-ет…

Вопли утихли, как только убийца взорвался и зашипел.

Буч вздохнул с облегчением, довольный, что дело сделано.

И вдруг почувствовал, как его пронизало зло, обжигая, словно неимоверный жар и холод одновременно. Он вздохнул; из ниоткуда донесся отвратительный смех и пролетел по ночи, словно бестелесный звук, навевающий мысли о могиле.

Буч сквозь рубашку сжал крест и вскочил на ноги, когда потрескивающее обличье Зла явилось перед ним. Тело Буча отчаянно хотело бежать, но он не отступил.