Развод по-драконьи

Гордо стоящая императрица кинула на меня один-единственный взгляд — ждущий, пугающий.

Куда только делись материнская доброта и ласка. Передо мной был хищник, знающий толк в кровавой охоте.

— Почему? — спросила шепотом, в никуда. — Почему?

Я старалась, соответствовала требованиям, была лучшей в учебе, этикете, танцах. Чем может вызвать ненависть такой старательный ребенок?

Теофас вдруг резко крутанул меня за руку и прижал к себе, так что я уперлась носом ему в грудь.

— Не бери в голову. Истинная связь не принесла счастья моей матери, и не принесла счастья нам с тобой.

Она старалась полюбить тебя, но не смогла.

Так вот как это называется. Как говорила мама, до лампочки такую любовь, за это не убивают, а я еле выбралась из мясорубки.

Интересно, Теофас знает, что его мать пыталась меня убить? Поверит ли, если я скажу?

Я подняла взгляд на Тео и невольно отшатнулась. Очаровательная улыбка превратилась в жестокий оскал. Нет, у такого Тео я ничего не спрошу.

Он сжал мою талию чуть крепче, давая почувствовать, как легко причинить мне боль, а после, едва за последней вышедшей фрейлиной закрылась дверь, грубовато толкнул обратно в кресло.

— Я стоял на коленях, милая, договор выполнен, будь добра сдержать слово. А если нет…

— Если нет? —переспросила с интересом.

— Отправлю тебя обратно в Ленхард.

Я едва смехом не подавилась. С таким же успехом можно угрожать поварихе запереть ее на кухне, а кайранщика заставить всю жизнь кормить и вычесывать ездовых кайранов.

— Для этого тебе придется снова меня в чем-нибудь обвинить.

Видишь ли, вчера наш договор был завершен, — подняла руку, на которой мерцали руны завершенного договора. — В любой момент я могу заставить тебя выплатить мне обещанное вознаграждение и дать титул, и уехать отсюда в любой момент.

Несколько секунд Теофас смотрел на меня нечитаемым взглядом.

— Хорошо, я выполню свою часть договора, — сказал он медленно. — А после казню Ранаша. Или Кантоша Раха. Предлагаю выбрать на свой вкус, раз уж они оба тебе нравятся.

Я ожидала нового всплеска ярости, но в груди был глухо, пощечина опустошила меня.

— Я помогу тебе с источником, — сказала устало. — А взамен ты прекратишь угрожать мне жизнью моих людей. Но я не могу обещать, что у меня получится, твоя… тьма слишком большая.

Теофас, давивший одним только присутствием, отступил, на этот раз я сама поймала его за рукав.

Намекающе покрутила запястьем. Теофас непонимающе взглянул на меня.

— До-го-вор, — произнесла я по слогам.