Развод по-драконьи

— Похоже, это твой перстень, мама, диан еще помнит тебя, — Теофас легкомысленно улыбнулся, хотя взгляд его оставался рассеянным и пустым. — Арестовать.

Побелевшую императрицу окружили несколько молодых дракониров, все в черном, все в масках, действующие слаженно и экономно, складываясь в единый боевой организм. Они появлялись незаметно и словно вдруг, выходя из закрытых ниш, скрытых за гардинами и в углах покоев.

— Что ты делаешь, Теофас, — Латан беспомощно огляделась. — Что вы молчите?! Все вы! Мой брат сошел с ума, его нужно остановить!

— Он император, и он в своем праве, — тихо отозвался Слалох.

Латан раздраженно передернула плечами.

— Я предсказываю появление перевертышей, и еще ни разу не ошиблась!

— Точно предсказываешь? — Теофас наклонился к ней, с интересом заглядывая в лицо. — А может ты их вызываешь с помощью штуки вроде этой, а потом выдаешь за свои предсказания? С чего бы вдруг перевертыши, лишенные разума, додумались пойти на Лаш через Сопределье?

Теофас помахал в воздухе рукой императрицы, словно декоративным веером.

— Арестуйте-ка и ее, и нира Ферхе, — Латан возмущенно взвизгнула, едва ее ухватили за плечи и развернули к двери. — И найдите баронессу Вашвиль. С ней не церемонитесь, можете казнить на месте… Хотя нет, не казните, определите ее на второй уровень императорской тюрьмы, хочу прежде порасспросить, как она обошла кровную клятву и посягнула на мою Истинную.

Как это бывало всегда, стоило появиться Теофасу, все вокруг странным образом начинало упорядочиваться, вставать на свои места и походить на план. Замолчавшую императрицу, яростно сверкающую глазами и брыкающуюся Латан с ниром Ферхе увели. Теофас покрутил извлеченный перстень в пальцах, а после беспечно перекинул его ниру Шелену, словно маленький детский мячик.

— Я запечатал, но источник силен, может снова прорваться, позаботься о нем.

Ниры онемели, да я вместе с ними. Два десятка драконов, объединив потоки, не могут запечатать источник, даже чтобы уничтожить перевертыша им требуются существенные силы. Такое под силу только истинному императору.

Ниры вокруг преклонили колено, склонив головы и признавая право императора.

— Лаш пал, Ваше Величество, — подал голос один из них.

В ответ Теофас расправил золотые крылья.