Развод по-драконьи

— Мы наслышаны о ваших талантах, но сможете ли вы поменять детскую ауру?

В те дни нир Байлок еще крепко сидел в своем кресле, железной рукой управляя ритуалистами, поэтому во дворец она шла, чувствуя за собой поддержку. Пути назад больше не было.

— Мой мальчик ведь тоже принц, старший в очереди, — сказала Инес медленно и торжественно, — Он тоже имеет право на престол. Первый в Вальтарте темный маг, владеющий темной магией от рождения. Знаешь, какой у него редкий дар?!

Я знала. Милый не должен был мне говорить, но он сказал тайком от матери, поэтому я на всякий случай отрицательно помотала головой.

Вейра Инес торжествующе расхохоталась:

— И правильно сделал, мать у него одна, ей одной можно верить, а наяр сколько угодно будет. Да вот хоть сотня.

Посмеиваясь и жадно разглядывая мое лицо, Инес пожелала мне спокойной ночи и удалилась. В замке щелкнул ключ. Признаться, в замке ночами было опасно, поэтому на ночь покои запирались, а ключи матушка Инес носила у себя на поясе.

Но на моем окне одна из створок прилегала неплотно, и я терпела ночные сквозняки ради возможности изредка уходить тайком в сад.

Вот и сейчас, дождавшись тишины в замке, выскользнула в окно, прошлась по широкому карнизу и спустилась по декоративной лесенке второго этажа в сад. Мне нужно было очень крепко подумать. Все эти разговоры про наяр очень не понравились.

Мой милый был моим богом, спасителем, солнцем, и я с благодарностью принимала наш будущий брак. Но если отодвинуть благодарность, что останется между нами?

Спрыгнув в сад, привычным маршрутом побрела в заросли жасмина, но от душного аромата, разболелась голова.

— Вольмир, — позвала черную тень, застывшую у ворот на страже. — Выпусти меня погулять, миленький. Я до леса дойду и бегом обратно, сил моих нет больше взаперти сидеть.

Тень рвано обернулась, уставив на меня мертвые глаза, а после согнулась в полупоклоне. Мой будущий супруг управлял перевертышами, и не было на земле слуг преданнее и послушнее.

Вот, к примеру, стража у ворот звали Вольмир, и всего какой-то год назад, он был мужем одной ловкой драдеры, с которой прижил двух детей, а сам служил в столичном гарнизоне. И на земле его держала только жажда узнать, что стало с его женой и детьми после нападения на Лаш перевертышей.