Развод по-драконьи

Первая дочь клана Виладжо была Истинной императора-узурпатора Теофаса. Кажется, она исчезла при невыясненных обстоятельствах, и император винил в этом Его. Потому Он и держал меня со своей матерью в замке на краю света, о котором ни одна живая душа не знала.

— Наярой не соглашусь, — сказала честно и не задумываясь. — Мне очень жаль.

В моем понимании ни один герцог на земле не стоил моей свободы. Правда в груди защемило, милый был дорог мне, хоть мы виделись не так часто, как хотелось бы.

— Брезгуешь моим мальчиком, простолюдинка Эль? Наярой становится не хочешь, воображаешь о себе, — медленно и тяжело выговорила Инес.

— А мне вот и наярой стать не предложили, выкинули, как салфетку. А сын-то у меня какой, а?

Всякий раз, когда я пыталась узнать о милом больше, меня мягко, но твердо осаживали.

— Я люблю тебя выше звезд и глубже океана, Эль, разве этого недостаточно? — упрекал милый.

Мои расспросы были ему неугодны. Матушка Инес тоже не выносила моей напористости, да и прислуга молчала, как воины-смертники на допросе.

Нет-нет, я не смела жаловаться на судьбу! Просто… Просто было очень странно в один миг оказаться не осиротевшей веей, а возлюбленной второго человека в Вальтарте, жить в замке, полном роскоши и слуг, и не сметь задать ни одного уточняющего вопроса.

Об Инес и своем милом я знала совсем немного, поэтому сейчас, когда матушка вдруг разоткровенничалась, невольно затаила дыхание. На миг вейра Инес заколебалась, словно пыталась силой воли заставить себя замолчать, и я совершала самый отвратительный поступок в своей жизни.

— Так ведь это очень хорошо, что вас не взяли наярой, — сказала с лживым сочувствием, надеясь спровоцировать матушку на дальнейшую откровенность. — Нельзя отдавать свою свободу в руки мужчине.

Глаза Инес полыхнули застарелым гневом и болью.

— Это смотря какой мужчина, глупая девочка! Это было так давно, а я помню так, словно только вчера…

В тот день она сопровождала свою подругу — одаренную иномирянку, обязанную посетить императорский бал.

Инес тоже была иномирянкой, но… Пустых при дворе не приветствовали, ее и пустили, лишь потому что Ольга отказалась ехать без нее. Ольга могла себе позволить немного покапризничать, она только-только стала графиней нир Виладжо, и высокопоставленный муж ради нее готов был снять с неба обе луны и даже взять в дом Пустую.

Инес ехала на бал и с трудом понимала, кто она. Не слуга, не родственница. Некрасивая баба, взятая из милости.