Он закричал, завопил, взвыл, словно раненый зверь. А двое других кинулись вперёд — прямо на Аданата.
Я развернула малышку лицом к себе, прижала. Сама прижалась щекой к её волосам. Говорила шёпотом, но чётко:
— Тише. Всё хорошо. Мама рядом. Мама с тобой. И… папа с тобой.
А Аданат… он встретил тех, кто посмел прийти в мой дом.
Он двинулся вперёд — без лишних слов, без предупреждения. Первый наёмник не успел даже поднять меч — удар ладони пришёлся точно в грудь. Тот взлетел в воздух, хрипло захлебнулся и уже не встал.
Второй — попытался зайти сбоку. Ошибка. Глаза Аданата вспыхнули жёлтым. Одним движением он перехватил нападающего за горло, и я услышала треск — короткий, сухой, как ломающееся дерево. Тот осел на пол.
Третий… тоже затих. Мой огонь покончил с ним.
Я прошептала, а Аданат не стал спрашивать откуда я это знаю. Мы сейчас чувствовали друг друга.
— Они Одержимые.
Аданат вернулся к наемникам и, прочитав заклинания, добил тех и сжег.
А уже через секунду оказался рядом с нами. Поднял меня с кресла, крепко прижал нас с малышкой к себе, наклонился и поцеловал Аделию в макушку:
— Мои хорошие… Всё хорошо.
Всё кончилось. Больше вас никто не обидит.
Мне тоже достался поцелуй в макушку. Горячий. Отчаянный. Полный любви.
По внутренней связи, которую я пыталась почувствовать, ко мне хлынуло столько всего… тепло, любовь, безграничное желание умереть за нас. Всепоглощающее, бездонное чувство — как будто всё, что он чувствует, теперь принадлежит и мне тоже.
— Лена… — его голос стал серьёзнее.
— Вам сейчас нужно собрать вещи. Здесь оставаться нельзя.
Он нахмурился. Между его бровей легла глубокая складка. Так и хотелось дотронуться пальцем и разгладить её.
А потом мы поднялся наверх. Я хотела положить Аделью в кроватку, но передумала, передала её Аданату. Он взял её с невероятной бережностью, словно боялся даже дыханием задеть. Держал почти на вытянутых руках — его мощные ладони казались огромными рядом с крошечным тельцем дочери.
Он смотрел на нее не моргая. Потом прижал её к груди.
Зажёг в другой руке огонёк, чтобы отвлечь малышку.
А я… я в спешке сбрасывала в сумки всё, что могла. Тьма не врала. Одержимые действительно подобрались слишком близко.
— Много не бери, — хрипло сказал Аданат. Я кивнула, но не ответила.
И тут я заметила, что что-то привлекло его внимание. Вместе с Аделией он подошёл к прикроватной тумбочке.
Там, на самом краю, лежало заготовленное письмо и сложенное треугольником.
Я собиралась отправить его.
