Не ожидала от такой скромницы, как она, таких проявлений чувств — да ещё и прямо в холле особняка.
Потом бывший муж увидел меня. Его взгляд стал жёстким. Он тут же убрал руки от Тильды, выпрямился и даже как будто отодвинул её за спину, словно опасался, что я сейчас что-то выкину.
А может, и не нет. Я не разобрала его выражение лица. Да и не пыталась.
Главное — как можно скорее убраться отсюда.
Я снова не поняла как, но Аданат только что стоявший в середине холла, вдруг оказался рядом со мной слишком быстро.
Его пассия так и осталась стоять на месте, неуверенно сжимая ткань своего воздушного платья и краснела. Переводила взгляд с него на меня. А Аданат молча перехватил мой чемодан и спустил его.
Я же спустилась сама с высоко поднятой головой.
Аданат вернулся и жестом показал следовать за ним.
Он всё ещё оглядывался на меня, всё ещё всматривался, ожидая подвоха.
Но его не было.
Он держал мой чемодан. Мы вместе вышли на крыльцо. Там уже стоял экипаж, который носил название кэба.
Аданат помог мне забраться внутрь, сам загрузил багаж.
— Ирида. Я надеюсь на твою… осознанность.
— Разумеется, — кивнула я, стараясь звучать спокойно.
— Номер в гостинице уже заказан. Переночуешь там. Утром тебя заберут мои люди и доставят в столицу. В особняк. Я предупрежу о твоём прибытии. Теперь твоя жизнь — в твоих руках. То, как ты будешь вести себя со слугами, определит, останутся ли они. Если они разбегутся — всё будешь делать сама. Надеюсь, ты это понимаешь.
— Конечно.
Он закрыл за мной дверь.
Кэб тронулся.
Я посмотрела в окно. Аданат всё ещё стоял на дороге и смотрел вслед экипажу. Его белоснежные волосы развевались на ветру. Он был в расстёгнутой у горла рубашке, с закатанными до локтей рукавами. Поверх — кожаные брюки, высокие сапоги.
Я не могла оторвать от него взгляд.
А ещё понимала — всё. Это точно точка невозврата. Мы больше не встретимся.
Солнце стояло ещё высоко. А значит… у меня было немного времени, чтобы прийти в себя — и, если что, прикупить кое-какие вещи для побега.
Я впервые оказалась за пределами особняка и жадно смотрела на улицы. Мощёные, аккуратные. Каменные дома — двух- и трёхэтажные, тесно прижатые друг к другу, с уютными двориками и цветочными горшками на подоконниках.
Мы ехали около часа.
Наконец прибыли на постоялый двор — четырёхэтажное здание в викторианском стиле.
Сразу было видно — Аданат не скупился. Меня не поселили в ночлежку.
Кучер помог мне выйти. Забрал чемодан.
