Любовь Михайловна фыркает и, ехидно улыбаясь, обращается к молоденькой коллеге, что еще не выгорела на работе, как спичка, в отличие от женщины, которой давно уже пора на пенсию.
— Пусть идет, куда хочет, раз головы нет на плечах, – бурчит женщина в возрасте, окидывая меня полным безразличия взглядом, после чего, совершенно не стесняясь, добавляет: — Кто-то годами ребёночка вымаливает, а кто-то по абортам бегает, словно семечки щёлкает. Потом приходят к нам и плачутся, на ЭКО выбивают направление.
Стараюсь не принимать слова женщины близко к сердцу.
Пальцы дрожат и плохо слушаются, но я пишу отказ.
В самом низу казённого бланка ставлю неровным почерком подпись с инициалами – А. А. Макарова, подтверждая, что у меня нет никаких претензий к медицинскому персоналу.
Под презрительные взгляды покидаю кабинет. Ноги дрожат от слабости, но я упрямо плетусь в сторону своей палаты. Не могу здесь больше находиться, а дома и стены лечат.
Я почти не помню, как собрала сумку и вызвала такси до дома. С глазами полными слез, я вошла в квартиру и уткнулась лбом в дверь.
Здесь меня встречает полная тишина.
Впервые я радуюсь, что отец поехал сопровождать маму в Москву.
Внезапно новая мысль почти сбивает с ног: Максим так много сделал для моей мамы, а я собираюсь избавиться от его ребенка.
Встаю напротив зеркала. Беременность все еще кажется какой-то нереальной, чем-то ненастоящим. Бледная, с темными кругами под глазами, я выгляжу, как приведение.
Острые ключицы, которые раньше добавляли мне изящества, сейчас лишь подчёркивали болезненный вид.
Всегда блестящие белокурые локоны теперь кажутся тусклыми и безжизненными.
Все, чего я хочу после больницы — это принять тёплый душ и выспаться. Бросая небрежно вещи прямо на пол ванной комнаты, встаю под упругие теплые струи воды.
Мне кажется, с водой смывается все напряжение, боль, разочарование… В меня словно вдохнули новую жизнь, и я принялась уверенно водить мыльными руками по телу.
Нет, я не буду лежать овощем! Пару дней на то, чтобы прийти в себя, а дальше все встанет на свои места.
Я не могу свернуть с намеченного пути.
Как же мне тяжело!
Почему в такую трудную минуту рядом со мной нет никого, кто мог бы поддержать? Может, плюнуть на все и позвонить маме?
Черт!
Да, ты гений, Макарова!
И это накануне операции. Дура! Беру телефон и как на духу выкладываю все в сообщении Наташке. Она так и не вернулась из Пятигорска. ( промо « одержимость Драко«owwJQGth)
«Засиделась в гостях.
