Я готов к этой пустоте, но потом… потом замечаю, как смотрит на меня мать и начинает плакать.
И что-то вновь переворачивается внутри, тянет, скребет своими длинными испачканными в моей крови когтями.
Боль с новой силой сжимает с наслаждением мое сердце в безжалостных руках, кайфует от переменного не стабильного ритма. Растягивает агонию.
Тряхнув головой, ощущаю, как сквозь меня проходит ритм музыки."
"Она - лучшее лекарство. В музыке есть что-то волшебное, когда она попадает в тебя, ты не чувствуешь боли. Никакой - ни душевной, ни физической.
Хватаю чистое полотенце со скамьи и вытираю грубым быстрым движением лицо, покрытое мелким бисером пота.
Всего один шаг останавливает меня перед тем, чтобы уничтожить жизнь Ангелины… всего один шаг.
Я прекрасно знаю, что будет, если сообщить куда надо, что одна из артисток балета выступает в ночном клубе. Конец ее карьере, ее мечте. Но что-то останавливает. Сжимаю челюсти сильнее, ощущая, как напрягаются разгорячённые после тренировки дельтовидные мышцы.
Разговор должен состояться сегодня же. Закидываю полотенце на шею и с силой тяну его за концы.
«Неужели ты думаешь, если закрыть эту тему, боль уйдет?» - словно издеваясь, ехидно цедит внутренний голос.
Устало провожу ладонью по лицу.
Хочу знать причины поступков Ангелины. Хочу знать, почему она оставила ребёнка, но при этом написала это чудовищной в своей жестокости сообщение. Пытаюсь понять мотивы, но правда ускользает.
Поступки совсем не логичны. Не объяснимы. Испугалась моей мести? Или, все же, решила, что карьера — это не то, ради чего стоит губить дар зародившейся внутри себя жизни?
А ведь отец словно в воду глядел.
В отличие от меня, его не ввело в заблуждение по-ангельски невинное личико Макаровой. Вспоминаю один из очередных тяжелых разговоров более, чем годичной давности.
— Нет, Максим! Ты женишься на Юсуповой Мирьям.
Молча слушаю отца, сжав губы так плотно, что они стали сплошной линией.
— А если девчонка вздумает строить карьеру? Поверь, она этого захочет. Они все такие… эти балерины. Танцульки одни на уме. Воспитаем сами, - доносятся обрывки фраз отца.
Саркастически усмехаюсь. Ни черта ты не знаешь мою Ангелину, моя девочка не такая. Да, пусть она совсем молоденькая, но я отчетливо чувствую в ней женское начало, тепло и нежность.
Она будет самой лучшей матерью, я уверен. Хочется стереть с лица отца это уверенное упрямое выражение.
