Ребенок от чудовища

Ты был очень любвеобилен в первый год. А я периодически забывала принимать свои таблетки. Но не собиралась от тебя рожать. И, как сам видишь, не зря – я бы осталась сейчас одна с ребенком на руках, да еще и с испорченной фигурой. И впоследствии я придумала легенду про твой «поломанный ген».

Я нахожусь в таком шоке, что не сразу беру себя в руки. А когда все же мне удается это сделать, вскакиваю со своего места и припечатываю к стенке зарвавшуюся дрянь и пару раз прикладываю затылком к стене.

Инга трепыхается в моих руках, но когда я еще раз «успокаиваю» ее об стену, все же расслабляется и довольно тянет:

– Я наврала тебе.

Ты абсолютно здоров, и у тебя могут быть дети. Тоже здоровые.

– Анализы! Как?! – от шока я говорю рублеными фразами.

– Приплатила, и врач выдал то, что я хотела, – просто пожимает плечами, как будто сообщает цену за хлеб. – Деньги в этом мире решают все, Артем. Странно, что ты еще до сих пор этого не уяснил, – и снова эта безумная улыбка и блуждающий взгляд.

Эта шокирующая новость, как обухом по голове.

Я здоров! Абсолютно! И совершенно зря изводил себя все это время, зря изводил и обидел Аврору…Всего этого могло бы и не быть…Если бы я знал тогда, что у меня нет «поломанного гена», то я бы начал сразу искать нашу дочь. И не было бы упущено столько месяцев. И не было бы подорвано доверие Авроры…

Господи, сколько же гнили и грязи внутри этой женщины! И она еще лечила умы других. Как?! Как это вообще возможно?!

Отталкиваю ее от себя, как кусок грязи, и отступаю на шаг назад.

Я узнал более, чем достаточно. Придушил бы ее своими руками прямо на месте, чтобы не смела больше даже дышать одним воздухом с моей семьей, но…

Оборачиваюсь и киваю другу. Он едва заметно кивает мне в ответ и достает мобильный из кармана.

– Парни, заходите, – отдает коротко приказ и не сводит сурового взгляда с Инги.

Ее глаза снова в страхе бегают, а руки трясутся.

Но я уже не слушаю ее вопли, а стараюсь переварить полученную информацию. Потребуется какое-то время, чтобы прийти в себя.

Ребята из охраны Богдана появляются буквально через пару минут и решительно входят в гостиную. Направляются к бывшей жене и грубо хватают ее под руки и несут к выходу.

– Отпустите меня! Артем! Что они делают?! Прекрати! Куда вы меня тащите?!

– Прокатимся, красотка, – мрачно, но уверенно выдает Богдан, глядя исподлобья, как его ребята прямо так, босую и полуголую выводят из квартиры, – в твой последний путь.

У меня ничего не екает в груди от этих слов. Абсолютно.