Мармеладыч и дальше поучал:
""Душеньки-то их безсмертные, пророков наших, захрящевели, к сокровищам
суетным земным приросли, сердечки-то их по земному только обвыкли стучать, по
небесному не умеют, дорожку в вечность позабыли, отсюда и совесть их
оземленела, заскорузла, от дома отчего отбилась, она ведь к небу рученьки
тянет, а ее лицом в землю, в грязь, стало быть. И все оттого, что последняя
своя помнить не хотят, иначе бы и не согрешали…""
Ах, Мармеладыч
— святая простота! Как же он слушал, когда Антон читал ему выборки из затертой
книжки (не старой, но затертой, а значит часто бываемой добычей ищущих глаз).
— Это фра
Иероним Савонарола, — пояснил Антон.
Мармеладыч
повертел в руках, с сомнением покачивая головой: мол, не знаю, не читал.
— Игумен
монастыря святого Марка, был повешен, после смерти сожжен, а прах его ввергли в
мутные воды Арно.
— Монах значит,
— оживился Мармеладыч, но, узнав, что монах этот католический, из папской
Флоренции, сник и с сожалением взглянул на Антона.
"
"— Да нет, вы не
спешите, — заволновался тот, — послушайте, как пишет, о таких не признанных
пророках я и говорил вам. Вот это место, например: ""Почему же ты все
медлишь, душа моя? Восстань! Не стыдись поучиться у детей и женщин! Не стыдись
пойти по их стопам! Восстань, говорю я, и беги с ними! Ах! Беги от этих
варварских берегов, беги от этого негостеприимного берега, беги из земли Содома
и Гоморры! Беги из Египта и от фараона! Беги из этой страны, где порок
восхваляется, и добродетель подвергается осмеянию, где человек, изучающий
искусства и философию, называется мечтателем, где скромно и честно живущий
называется безумцем, где к добродетельному человеку и верующему в величие Божие
относятся, как к глупцу, где уповающий на Христа становится предметом
издевательства и над тем, кто человеколюбив, все ругаются, как над женщиной!
Беги из этой земли, где тот называется благоразумным, кто грабит бедного, вдову
и сироту; тот считается мудрым, кто думает только о накоплении богатств; тот
благочестивым, кто грабит другого с наибольшим искусством! Нигде ничего не
видно, кроме нечестия, ростовщичества, грабежа, грубого богохульства,
хищничества, содомства и распутства; зависть и человекоубийство, гордость и
честолюбие, лицемерие и ложь, нечестие и беззаконие господствуют повсюду.
