Реквием в Брансвик-гарденс

Добиться чего-либо она не могла, разве что некоторой справедливости…

Шарлотта передала мужу содержание полного эмоций, но хаотичного рассказа Трифены о прошлом мисс Беллвуд, о присутствии в нем болезненной трагедии, о любви, куда большей, чем простое романтическое увлечение, о мечте и надежде… Очевидно, вся эта история оставила глубокий след на личности погибшей.

Она была сложным человеком. В общем итоге выходило, что Томасу нужно глубже понять ее. Если отцом ребенка являлся Рэмси, почему Беллвуд вступила в подобные отношения именно с ним? Что именно в сухом и педантичном характере этого человека могло настолько привлечь ее?

Или ее искушала не личность Рэмси, а его положение? Не стало ли для Юнити разоблачение его слабости разновидностью отмщения за все те страдания, которые она претерпела от мужского ханжества? Питт на мгновение попытался поставить себя на ее место – незаурядный интеллект, честолюбивый, рвущийся к работе… претерпевающий нападки и отрицание со стороны предрассудков, со всех сторон окруженный вежливой и слепой снисходительностью.

Некую долю подобного ему пришлось пережить самому – по причине происхождения и несчастий своего отца. Он знал, что такое несправедливость – горькая и фатальная – в отцовской судьбе. Полицейский помнил, как лежал в одиночестве в небольшой комнатке под стропилами, сжигаемый яростью и горем, после ареста отца за кражу, которой тот не совершал. Маленький Том с матерью могли бы умереть от голода, если бы не доброта сэра Артура Десмонда. Именно учитель, которого тот содержал для своего сына, научил Питта правильно говорить, заложив тем самым начало его карьеры.

Однако Томасу была знакома и дискриминация, несмотря на то, что знакомство с многими искусствами позволило ему преодолеть бо́льшую часть попыток притеснить его. Но Юнити Беллвуд не могла этого сделать, поскольку всегда оставалась женщиной. Если в глубине ее души присутствовал неистребимый гнев, Питт вполне мог понять его.

Имеющиеся свидетельства, в принципе, позволяли ему арестовать Рэмси Парментера, тем более с учетом его вчерашней выходки.

Однако любой достойный своего призвания адвокат отказался бы от рассмотрения этого дела, даже если бы оно и попало в суд. A в том случае, если дело уже было однажды рассмотрено, даже если впоследствии полиция раздобудет неоспоримые доказательства вины Рэмси, закон запрещает второй раз выдвинуть против него обвинение. Итак, доказать его вину необходимо или сейчас, или уже никогда.