Реквием в Брансвик-гарденс

 – Не спрашивала о том, что он там делал? И почему вдруг в таком возрасте решил воцерковиться и стать священнослужителем? Какие ужасные поступки он натворил в своей жизни, чтобы остаток дней своих посвятить покаянию? Только посмотри на него! – Она снова ткнула пальцем в сторону Доминика. – Посмотри ему в лицо. Неужели ты думаешь, что он и в самом деле забыл про женщин и удовольствия? Так посмотри же теперь! Пора научиться видеть мир таким, какой он есть, Кларисса, a не таким, каким он предстает в твоих теологических штудиях!

Кордэ ощутил, как его пронзил ледяной страх.

Что могла Юнити рассказать своей подруге? И чему поверит о нем мисс Парментер? И, что еще много хуже, что чревато настоящей и жуткой опасностью: что узнает о нем Питт? Доминик не мог обманывать себя предположением о том, что свояк хотя бы частью своей души не обрадуется возможности обвинить его. Уж этот родственничек не забыл романтическое увлечение юной Шарлотты, хотя там все ограничивалось одними лишь мечтами.

Ему хотелось обороняться, но чем? Где взять оружие?

Захлебываясь в истерике, Трифена засмеялась.

– Вот поэтому ты и стала атеисткой, – спокойным тоном проговорила Кларисса, пресекая ее смех. – Ты не любишь людей, не веришь в то, что они способны перемениться и отказаться от прошлого. Ты не веришь в надежду. Не понимаешь ее. Я не имею ни малейшего представления о том, где папа нашел Доминика и чем он там занимался… да меня это и не интересует. Я знаю лишь то, каким он теперь стал.

Если изменения в нем достаточны для отца, их достаточно и для меня. Я не намереваюсь расследовать его прошлое. Это не мое дело. Кто-то в эти последние три месяца наделил Юнити ребенком. Она выходила из дома только в библиотеку, в концертный зал или на эти жуткие политические сборища. Причем ты также была с ней. Так что следует искать виноватого в доме. Ты дружила с Юнити. Кто, по-твоему, это сделал? Миссис Уикхэм посмотрела на сестру, и глаза ее внезапно наполнились слезами. Гнев испарился, и она вновь осталась в полнейшем одиночестве, поглощенная своей утратой. Ярость ненадолго прогнала пустоту в ее душе, и когда она выдохлась, эта охватившая молодую женщину пустота сделалась еще более страшной.

– Прости, – едва слышно произнесла Кларисса, делая шаг к сестре. – Я решила, что это Мэлори, только потому, что иметь некую определенность лучше, чем мучить себя то одним, то другим страхом. Я считаю его наиболее вероятной кандидатурой.