– Мы не трахались в баре.
– А у той девушки есть имя? – наполняя доверху наши стаканы, спрашивает Саммер.
– Вайолет. – Он пожимает плечами. – Не хочу показаться вам козлом, но как-то запаривался запоминать ее имя. Она выставила меня вон буквально через две минуты после секса.
– Какая жестокая женщина!
– Да нет. Это лишь все упростило, – признается Хантер. – Мне все равно не нужно было больше одной ночи.
– Просто класс, – повторяет Одри.
Теперь Хантер усмехается.
– Ну да. Я весь такой ужасный, потому что хочу секса на одну ночь, но она хочет того же самого, и ее вы ужасной не считаете.
Я, поднимая со столика свой бокал с «Маргаритой», решаю сменить тему.
– Вы готовы к предстоящему матчу?
– Готовы как никогда. Но их будет трудно победить. – Его настрой меня радует. По крайней мере, его голова занята игрой, а не всеми этими девушками, с которыми он спит. – Если мы найдем способ сдержать Джейка Коннелли, как-нибудь остановить его, то у нас появится хороший шанс.
Ха. Хотела бы я узнать, как им удастся остановить Джейка.
Все игроки готовятся к матчу по-разному. Некоторые ребята одержимы суевериями, как, например, Дмитрий, который однажды порезался бумагой и «всухую» обыграл соперника, и теперь перед каждой игрой он режется бумагой. Или Чилтон, которому нужно, чтобы его мама сказала ему: «Ни пуха, ни пера, Коби!» – именно так и не иначе, потому что в старших классах он выиграл со своей командой чемпионат штата.
Ну а мне просто нужен мой уже заслуживший доверие браслет из бисера и немного тишины.
В течение всего сезона я не выступал перед командой с напутственной речью. Но ребята и не ждут от меня ничего подобного. Они знают, что когда я сижу сгорбившись на скамейке, не глядя на них, не говоря ни слова, это значит, что я мысленно готовлюсь к игре.
Когда тренер входит в раздевалку, все встают по стойке смирно. Он обводит взглядом команду, облаченную в форму.
– Парни, – здоровается он с нами.
Мы стучим по полу клюшками в хоккейном приветствии.
