Как-то в личной беседе Пит упомянул о лагере, и Ник поинтересовался, подвергали ли их тогда промывке мозгов. Шеф досадливо поморщился:
– Господи, конечно, нет! Я просто пытался научить вас пользоваться своими способностями по максимуму.
Вряд ли он лгал. Видимо, действительно пытался обострить их интуицию и заострить внимание.
Самолет покатился по дорожке, но, дойдя до взлетной полосы, замер. Ник предположил, что они скорее всего ожидают своей очереди на взлет: аэропорт в Цинциннати был международным, и здесь всегда творилось черт знает что.
Но прошло четверть часа, а они не двигались с места. Перегнувшись через пустое кресло, он взглянул в окно и увидел два самолета, с отчаянной скоростью руливших в противоположном направлении.
Молодая блондинка, сидевшая через проход, попыталась вовлечь его в беседу, спросив, боится ли он летать: должно быть, Ника выдавали побелевшие костяшки пальцев, отчаянно вцепившихся в кресло. Выглядела девушка совсем неплохо, а юбка из спандекса и топ обтягивали фигурку фотомодели, но он не хотел болтать о пустяках, и уж разумеется, ему было не до флирта.
Должно быть, устал. Все больше походит на Тео. Старший брат не способен думать ни о чем, кроме работы.
Ник заметил пожарную машину и две полицейские, мчавшиеся к самолету. Одновременно в динамиках раздался напряженный, вымученно жизнерадостный голос командира Соренски:
– Леди и джентльмены, к сожалению, произошла вынужденная задержка. Мы ждем своей очереди на взлет. Скоро окажемся в воздухе, так что не волнуйтесь, расслабьтесь и наслаждайтесь минутой покоя.
Едва смолкли последние звуки, как дверь кабины распахнулась и Соренски, сияя уверенной улыбкой, ступил в проход. Какую-то долю секунды он поколебался, уставясь прямо на Ника, потом шагнул вперед. За ним плелся молодой член экипажа с мучнистой физиономией, причем держался так близко, что со стороны казалось, будто он вцепился в полу кителя командира. Ник медленно расстегнул пояс.
– Командир, разве вы не должны быть за штурвалом? – осведомилась длинноногая блондинка.
– Мне нужно кое-что проверить в хвосте, – не глядя на нее, отозвался Соренски. Руки его были сжаты в кулаки, и, проходя мимо Ника, он уронил обойму ему на колени. Одним гибким движением Ник взметнулся, схватил молодого человека за руку и пригвоздил к спинке кресла. Фактор внезапности сработал: парень не успел моргнуть, как оружие оказалось у Ника, а сам он лежал лицом в пол. Нога агента безжалостно придавила шею террориста.
