– Она раньше всех вскочила, оделась и убежала, – поведала мне пухленькая Полада, старательно расчесывая гребнем волосы. – И вообще – странная Ксенька последнее время…
– Так с кем поведешься, – многозначительно хмыкнула тощая как жердь Саяна. Я не обратила внимания на эту реплику. Саяна, верная подружка и подпевала Рогнеды, с детства нас с Ксенькой подначивала. Девочки захихикали.
– Не знаешь, куда она пошла? – спросила я у Полады.
Та пожала плечами и покачала головой:
– Что же это подружка не рассказала тебе, где время проводит? Может, поняла наконец, что со скаженными лучше не связываться? И нашла себе достойную компанию?
А вот и Рогнеда.
Я повернулась к ней, взглянула прямо в глаза. Все же не зря она всегда считалась красавицей. Точеная фигура, красивое надменное лицо. Кого-то она мне неуловимо напоминала, но не чертами, а выражением совершенного лица.
Я поморщилась. Тратить силы на выяснение отношений совершенно не хотелось. Отвернулась, намереваясь выйти и поискать Ксеню в трапезной или у Данины.
Но не тут-то было. Рогнеда преградила мне дорогу.
– Разве я разрешала тебе идти? – делано удивилась она.
Я же удивилась совершенно искренне:
– Разве мне нужно твое разрешение, Рогнеда?
– Не смей вставать на моем пути, паршивка! – прошипела девушка, наклоняясь ко мне. Я отшатнулась от ненависти, полыхавшей в ее глазах. – Думаешь, я не вижу твоих нелепых уловок? Жалких потуг понравиться? Думаешь, раз чуть похорошела, сможешь получить то, что принадлежит мне?
Я смотрела на нее в полном изумлении.
– Рогнеда, я вообще не понимаю, о чем ты.
– Не смей! – Рогнеда взвизгнула, красивое лицо ее перекосилось злобой, моментально утратив аристократичное совершенство и став бабьим и некрасивым. – Не ври! Ты специально это делаешь! Намеренно! Крутишь перед ним своим тощим задом, как… как греховница! Стараешься угодить, понравиться лорду, я знаю!
Я открыла рот. Святые старцы!
– Рогнеда, – очень спокойно сказала я, – ты ошибаешься.
– Ты глупое страшилище! Думаешь, что ты лучше меня?"
"– Я думаю, что мне совершенно не хочется тратить время на разговор с тобой, – равнодушно сказала я.
Девочки в спальне застыли, напряженно прислушиваясь к нашему разговору. У Полады рука с гребнем застыла в воздухе. Мне стало противно и стыдно. Конечно, приказ лорда об особом отношении ко мне и Ксене не остался незамеченным. Ревнивые девичьи глаза отметили и мое отсутствие на уроках, и слишком частое общение со столичным куратором. И послушницы сделали выводы.
Я вздохнула.
