Романтическая ночь перед убийством

– Я не поняла, так вы из милиции, что ли?

– В общем, да, – соврала я, поняв, что документы у меня здесь все равно спрашивать никто не будет, а если уж подумают, будто я из милиции – оно и лучше, не будут мне врать.

Валентина Петровна тяжело вздохнула:

– Пойду в дом, попрощаюсь с племянничком… – она всхлипнула и вылезла из машины.

Я тоже покинула салон. У палисадника толпилось много людей. Все женщины были в темных платьях и платках. Мужчины тоже были в темных рубашках, без головных уборов. А я-то – в джинсах, кроссовках и светлой футболке! Черт, я же как белая ворона.

С другой стороны – кто же знал, что я попаду прямо на похороны?!

Я поняла, что расспрашивать людей об Антоне в такой обстановке неудобно, придется ждать поминок. Вот когда люди выпьют, закусят, начнут вспоминать, каким человеком был покойный, и все в этом духе. Вот тут-то я как раз и окажусь как нельзя более кстати. А пока что я стояла в сторонке со скорбным видом и ждала. Из разговоров людей я узнала, что вынос тела состоится ровно в двенадцать, а на моих часах было уже начало двенадцатого.

Так что ждать осталось недолго. А покамест я послушаю, о чем говорят люди. Я незаметно, бочком, пододвинулась поближе к ним и, скорбно потупив глаза, стояла и слушала разговоры.

– Что, и Клавдия из Сосновки приехала? – спрашивала одна старушка.

– Все приехали. Только Дмитрия из Тарасова нет.

– Должно, работает, не может…

– Эх, Антон, Антон, такой молодой! Жить бы ему да жить!

– Даже жениться не успел, сердешный!

– Да, вся семья ихняя ушла… Сначала отец, потом мать, теперь вот и сыночек в землю сырую ляжет…

– Могилку-то рядом с родителями вырыли?

– А то как же! Между отцовской и материнской…

– Да, как в детстве: помню, идет Антошка, маленький, и папу с мамой за руки держит…

Женщины всхлипывали, утирали слезы.

Вскоре толпа пришла в движение. Ворота открылись, из них вышла скорбная процессия. Несколько молодых парней и девушек несли венки, за ними мужчины несли гроб.

За гробом шли люди, плакавшие навзрыд. Я поняла, что это близкие родственники покойного парня. Когда они вышли за ворота, остальные люди к ним присоединились, и вся процессия двинулась за село на кладбище. Я решила подождать здесь и вернулась в свою машину. Самое тяжелое произойдет на кладбище, а я не любитель подобных сцен. В конце концов, он ведь мне не родственник.

Я достала сигареты и, благо меня никто не видел, решила немного подымить и подумать.