Она несла с собой шампунь, тюбик с краской для волос, полотенце и матерчатую мочалку. Мальчишка с заспанными глазами, но тем не менее улыбающийся, взял от нее пенни (Гонория снабдила ее монеткой!) и пошел поворачивать регулировочное колесо. Дуглесс мгновение поколебалась, сбрасывать ли с себя всю одежду или нет, но, поскольку было еще темно и обитатели дома должны были подняться еще не скоро, она выскользнула из взятого напрокат халата и длинной полотняной рубашки и шагнула в фонтан.
Наверное, никто за всю историю человечества не наслаждался «душем» более, чем она! Дуглесс казалось, будто вместе с грязью, жиром и потом с нее смываются прожитые годы! Она ни разу не почувствовала себя чистой после купаний в лохани.
После всех этих недель без душа она ощущала себя чумазой. Вымыв голову трижды шампунем и наложив на волосы немного краски, она также сбрила волосы у себя на ногах и под мышками, после чего почувствовала себя обновленной! Божественно, абсолютно божественно!
После довольно долгого пребывания под струями она наконец вышла из фонтана, свистнула мальчишке, чтобы тот закрутил колесо, затем вытерлась насухо и облачилась в халат.
Направляясь по дорожке к дому, она сияла. И, может, потому, что слишком широко — до ушей! — улыбалась и не могла из-за этого хорошо видеть или же потому, что еще было темновато и не все можно было рассмотреть, но она на кого-то наткнулась.
— Глория! — в изумлении воскликнула Дуглесс и только потом сообразила, что перед нею — наследница-француженка. — Я хотела сказать… — запинаясь, забормотала она, — надеюсь вы не Глория, нет? А где же ваша львица? — Тут Дуглесс сама удивилась тому, что это она городит.
Она лишь изредка встречала наследницу, но при всех таких встречах ее неизменно сопровождала рослая и явно слишком уж о ней пекущаяся то ли охранница, то ли нянька, — Я вовсе не имела в виду… — опять начала Дуглесс, намереваясь принести свои извинения.
Однако француженка не стала ее слушать и, задрав нос, проплыла мимо Дуглесс, говоря при этом:
— Я уже достаточно взрослая, чтобы и самой о себе позаботиться!
Глядя на упитанную спину девицы, Дуглесс улыбнулась: говорит она в точности как ее пятиклассницы! Те тоже всегда воображают, будто достаточно взрослы, чтобы самим о себе позаботиться!
— Что, удалось тайком выскользнуть, да? — все так же с улыбкой спросила Дуглесс.
Девица моментально обернулась, и выражение ее лица несколько смягчилось.
— Она и вправду храпит там! — сообщила она с некоторым подобием улыбки на лице.
