— Я вовсе не ревную, я… — начала она и отвернулась от него. Конечно, словом «ревность» невозможно описать то, что она чувствовала к этой Летиции! Но она не проронила ни слова: ведь Николас ей ясно сказал, что любит женщину, на которой собирается жениться, и конечно же не станет слушать ничего плохого о ней.
— Ладно, мне пора! — проговорила она наконец. — И я бы хотела, чтобы ты поспал!
— Я бы прекрасно спал, если бы только ты осталась со мной! — ответил он.
— Лгун несчастный! — Она улыбнулась, но приблизиться к нем) не решилась.
Она так устала за прошедший, полный напряжения день и бессонную ночь. Забрав с собой свою сумку, Дуглесс отступила к двери и еще разок — последний! — посмотрела на него: грудь обнажена, и смуглая кожа так хорошо смотрится на фоне белизны подушек! Она поспешила прочь из спальни, пока не передумала.
Люси уже поджидала ее возле фонтана, и после того, как Дуглесс вымылась под своим «душем», они стали репетировать водевиль. Дуглесс должна была изображать этакого простака, болвана, который только и делает, что задает вопросы, так что смеяться станут именно шуткам Люси!
Позже, когда день вступил в свои права и Дуглесс вернулась в дом, ее уже поджидала Гонория с платьем из лилового бархата в руках.
"
"— Ой, а я хотела немного вздремнуть! — зевая сказала Дуглесс.
— Вас ожидают леди Маргарет и лорд Кристофер, — ответила Гонория. — Вы должны быть вознаграждены за все!
— Но я вовсе не хочу награды! Только помощи! — воскликнула Дуглесс и, не успев договорить, поняла, что лжет! Она хотела бы весь остаток жизни прожить с Николасом! Пусть будет хоть шестнадцатый век, хоть двадцатый — ей все равно, — лишь бы только всегда быть возле него!
— Вы должны пойти к ним! — сказала Гонория.
— И вы можете просить, чего только хотите: дом для себя, денег, мужа или…
— Ну, и как по-твоему: позволят они мне получить Николаса?
— Но он уже обручен! — тихо сказала Гонория.
— Что ж, это я знаю, слишком хорошо знаю! — отозвалась Дуглесс и добавила:
— Ну, ладно, начнем засупониваться, что ли?
После того, как Дуглесс была одета, Гонория повела ее в гостевую палату, где леди Маргарет играла в шахматы со своим старшим сыном.
— А, вот и вы! — проговорил Кит, когда на пороге появилась Дуглесс. Затем, взяв ее руку и целуя, он сказал:
— Вы — ангел, дарующий жизнь, и вчера вы спасли меня от смерти!
Дуглесс улыбнулась и залилась румянцем.
