Самоходка по прозвищу «Сука». Прямой наводкой по врагу!

Свернули с дороги и двинулись прямиком через холмистую равнину. Впереди шла установка Карелина. Отставая метров на двести, четыре остальных.

Путь преградил глубокий овраг. Решили снова вернуться к дороге и с маху ударить по опорному пункту. Если послали в разведку боем, то от боя не уклонятся.

На людей подействовало увиденное, сотни тел погибших, расстрелянные пленные. Как в сорок первом, немцы катили вперед, сминая все на пути. Самая подготовленная и опытная батарея полка была настроена решительно и не сомневалась, что раскатает закопавшийся на обочине дороги опорный пункт.

– И обязательно взять двух-трех человек живыми, – напомнил Ивнев. – Иначе прогулка получится, а не разведка.

– Возьмем, – барабаня пальцами по пластиковому прикладу трофейного пулемета, кривился в непонятной усмешке Захар Чурюмов.

К опорному пункту вышли со стороны осиновой рощи, раскиданной в пологой низине. Имелся риск, что нарвутся на засаду, но другого пути не было.

Рассчитывали, что, расширяя прорыв, немцы не слишком будут обращать внимание на обледеневшие холмы, сугробы среди деревьев, пробивающиеся ручьи, которые скоро превратятся в мутные потоки. Главный объект для них – дороги, на которых могут появиться наступающие русские.

Даже на последнем отрезке пути скорость не увеличивали. Пять машин, негромко урча моторами, подходили осторожно, как небольшая стая хищников. Наводчики застыли у прицелов, заряжающие готовы выдернуть из гнезда очередной снаряд.

Расчет противотанковой «семидесятипятки» глубоко не зарывался. Покрашенная в серый со светлыми пятнами цвет приземистая пушка, способная пробить броню «тридцатьчетверки» за километр, была готова к бою. Мороз притупил бдительность артиллеристов, некоторые дремали.

Именно на нее шла самоходка Карелина. Но русскую машину заметили не артиллеристы, а расчет зенитного крупнокалиберного пулемета, более внимательно ведущий наблюдение.

Сигнал тревоги, отработанный на многочисленных учениях, сработал мгновенно. Ствол пулемета развернулся в течение считаных секунд. Ударила пристрелочная, затем длинная очередь.

В спешке зенитчики промахнулись. Пули прошли над броней. Карелин знал, что следующая очередь на расстоянии четырехсот метров ударит точно, кто-то из десантников будет убит. Но его цель была пушка, которая могла натворить куда больше дел. Выстрел встряхнул отдачей легкую машину.