Смотрит на меня с прищуром, изучает пристально, будто заново узнает. А я дико боюсь, что он вспомнит меня случайно.
Однако мы оба, как по команде, вдруг поворачиваем головы в сторону выхода. Реагируем на негромкие голоса, что эхом разносятся по пустому огромному холлу. Становятся все ближе…
Замерзаю изнутри и дрожу так, будто все органы покрылись ледяной коркой. Что подумают обо мне старшие Тумановы, если увидят здесь со своим сыном? Наедине. Ночью!
- Встретьте их сами. Я позже в комнату пойду, - лепечу смущенно, поглядывая на дверной проем.
– Идите, - осмелев, толкаю застывшего каменным изваянием Альберта, но он ни на сантиметр с места не двигается.
- Почему? – недоумевает и перехватывает мои руки. Притягивает меня ближе, усугубляя и без того неоднозначное положение.
- Неудобно, если нас застанут тут вместе, - пытаюсь вырваться, но тщетно. – Ну, как объяснить, что мы ночью делали?
- Кофе пили. Что же еще? – сводит брови и пожимает плечами. Как он не понимает, что подставляет меня?
Шаги приближаются, и я в панике наступаю Альберту на ногу.
Со всей силы. Повторяю запрещенный прием несколько раз, чтобы наверняка. Он мгновенно ослабляет хватку, испепеляет меня жгучим взглядом, злым и в то же время удивленным.
- Ты что творишь, девочка? – цедит, опять протягивая ко мне руки.
Но на этот раз я успеваю увернуться. Прошмыгнув мимо Туманова, прячусь за дверью.
- Уходите, - шикаю на него и вжимаюсь в стену, пытаясь слиться с ней. – Вы меня дискредитируете! – умоляю его, сжимая кулачки.
- Альберт, не спишь? – доносится женский голос. Совсем рядом. И только сейчас понимаю, почему утром он показался мне таким знакомым."
"Благо, моя «свекровь» Майя не узнала в бедной няне бывшую потрепанную невесту сына. Я слишком простая и незаметная, чтобы обращать на меня внимание и запоминать мое лицо. Но кажется, через несколько мгновений у меня появится возможность еще раз познакомиться со всей «родней».
Тени ложатся на матовое, покрытое узорами стекло двери.
- Тш-ш! – слабо шикаю на Туманова и подношу палец к губам.
Молюсь, чтобы он не выдал… нас! Конечно, его имиджу наш ночной ужин в интимной обстановке не нанесет никакого вреда. Он же мужчина. Но как потом мне в глаза хозяевам смотреть?
Альберт, закатив глаза, вздыхает тяжело, будто устал от такой странной, несмышленой девчонки, как я, и головой качает. Едва не хнычу. Ну, как он не понимает…
- Нет, но Аленка спит, не шумите, - отзывается он, и я бледнею. – Идем наверх. Там все обсудим.
