Счастье малое, домашнее

Сердце молотило так, словно пыталось сделать отбивную из лёгких. Руки тряслись, ноги вибрировали, а щёки полыхали.

– Ишь ты, трусы мои ей не нравятся! – довольно громко прокомментировал её уход Николай. – А сама-то в неглиже ходит, нервную систему мне расстраивает.

Захлебнувшись негодованием, Маруся снова распахнула дверь и просвистела:

– Нравятся! У вас чудесные трусы! Великолепные!

После чего, разъярённо стуча пятками, удалилась на поиски Феня.

Мысли о Николае страшно мешали сосредоточиться. По-хорошему надо было собрать мозг в кулак, просчитать варианты и вычислить, где прячется ушастый монстр.

Но эти его трусы с медвежатами и бугристый торс…

Немедленно выбросить это из головы! Сию секунду!

Маруся даже ущипнула себя, чтобы перестроиться. Вроде подействовало.

Судя по тому, что Валя суетилась внизу, а не скакала с воплями по стенам и подоконникам, лиса в кухне не было. А где он тогда?

Весь последующий час Маша методично обыскивала дом. Она ползала вдоль стен, заглядывала за шкафы, кресла и вообще – в каждую щель, словно искала гуттаперчевого червяка или блоху.

При этом девушка то ласково, то сердито на разные лады выкрикивала: «Фень! Феня! Фенька!»

Николай, полюбовавшись на её пятую точку и отпустив пару шуточек, на которые Маруся, сцепив зубы, решила не отвечать, тоже присоединился к поискам.

Теперь они ползали вместе, причём Маша командовала, где смотреть, а Колясик послушно и безропотно следовал её указаниям.

– Впервые жалею, что построил такой большой дом. Была бы маленькая халупка, мы бы его мигом нашли, – вздохнул он, наконец без сил привалившись к стене.

 – У вас, Мария, нет ощущения, что лис не в доме? Он же всё время орёт, не затыкаясь, – скрипит, фырчит, чирикает, как чокнутый попугай. А нынче только мы с вами вопим. Удрал он, похоже.

– Да он трус! – отмахнулась Маша. – Фень не мог удрать. Он улицы боится.

– А с котом? Вдруг они подружились настолько, что решили вместе нанести ответный визит в кошачьи пенаты. Что вы зеленеете так? Погуляет и вернётся, – испугался Николай, заметив, как с Машиного лица сдуло румянец.

– Да как он вернётся-то? – срывающимся голосом проговорила Маша. – Что вы говорите такое? И вообще, почему вы не на работе?!

– А работа моя тут при чём? – рассердился Николай. – Уеду сейчас. Я сам себе начальник. Хотите, я останусь и помогу вам искать?

– Не хочу, – буркнула Маша. – Сейчас мама проснётся, мы без вас справимся.

– Да и пожалуйста. – Николай вдруг обиделся, резко поднялся и ушёл.