Больше некому.
— А тема для разговора какая? — не спешу принимать решение. — Ты согласен на развод?
Если так, то.
— Развода не будет. Я тебе его не дам. И тебя не отпущу.
Еще один шумный выдох.
Понятно. Старая песня. Ну ничего, узнает про Сатану — быстро передумает.
Однако.
— Арина, у тебя ничего нет с Арбатовым, — не вопрос, утверждение. — Всё, что происходит — ваши фотографии, совместные выходы в свет, обеды и прочее —фальшь. Игра на публику. Ты — чистая и хорошая девочка, всегда ей была.
— Может, я испортилась? — бравирую, чувствуя, как горло перехватывает спазмом.
Сказать, что впадаю в шок — ничего не сказать. А где психи? Где угрозы засадить в клинику для душевнобольных или придушить? Где шантаж лишить фонд финансирования? Где упреки в том, что порчу ему карьеру?
Почему Зотов говорит ровно и будто... печально?
— Ты не могла испортиться, — в голосе мужа ни капли сомнения. — За два с лишним года я хорошо тебя узнал. У тебя иные идеалы. Ты настоящая. Ты никогда не опустишься до того, чтобы, будучи замужем за одним, прыгнуть в койку к другому.
Арбатов — твоя ширма. От меня. От того, что я пытался тебе навязать. Я это отлично понимаю.
Прикрываю глаза, чувствуя, как по вискам соскальзывают слезы.
Я плачу.
Душа плачет.
Да, он хорошо меня изучил. Я бы не смогла изменить. Зато он, к сожалению, смог.
— Ну, раз ты настолько глубоко меня чувствуешь, то должен понимать и другое, —прикрываю рукой динамик, чтобы продышаться. Не хочу, чтобы муж догадался, как мне больно и сложно. - Я не прощу твоей измены, Рома, потому что это предательство.
И никогда не забуду, что у тебя есть сын, зачатый в тот период, когда ты был моим мужем, когда я тянулась к тебе, нуждалась в твоей помощи и защите, а ты отвернулся и выбрал другую.
— Арина. я могу..
— Объяснить? — перебиваю со смешком. Слегка истеричным, диким, но это уже мало волнует — Что именно? Как твоя шлюха и ее братец спровоцировали выкидыш нашего с тобой малыша, а затем очень умело запудрили тебе мозги? Как ты мог, Рома, поверить им, не поговорив со мной? Как ты мог так легко купиться, что я, та, кто днями и ночами грезила о ребенке, могла избавиться от чуда, подаренного нам с тобой богом?
Сначала я хотела дождаться результатов проверки от Арбатова, удостовериться в правдивости заявлений Киры, но сейчас наступает такой момент, когда слова сами льются рекой, и я жалю ими, не жалея собеседника.
Тишина в трубке кажется оглушающей. Она звенит и потрескивает.
— Ты... - голос Зотова ломается.
