должны? — запинаюсь, натыкаясь взглядом на угол кровати, выглядывающий из спальни.
Вот же напасть. Словно школьница, а не замужняя дама.
— До утра, — открыто веселится Арбатов.
— А можно по укороченной программе? — выдаю, набираясь смелости. — Всё-таки рабочий день... Вы могли устать? Или я, — добавляю тише, замечая, как в мерцающем взгляде начинают плясать черти.
— Арина, ты куда-то спешишь? — темная бровь Сатаны приподнимается вверх.
Сглатываю. Неужели договорилась?
ОЙ, нет, улыбается. Бесшумно выдыхаю, когда не слышу угрозы в голосе.
— Иди переодевайся. И пока будешь готовить кофе, расскажешь мне всё про свою клинику.
Спорить не вижу смысла и причины. Молча скрываюсь в спальне, не забывая плотно закрыть дверь. В спортивный костюм переоблачаюсь минуты за три, еще две трачу, чтобы аккуратно снять выданное на вечер украшение.
Помыв руки, включаю на кухне чайник и возвращаюсь в гостиную.
— Вы не голодны? Я бы поужинала. Хотите?
Не знаю, кто тянет за язык, но промолчать не выходит.
И в животе как на зло гулко урчит.
— А что у тебя есть?
В графитовых радужках вспыхивает явный интерес.
На ум тут же приходит мысль, что с сытым мужиком договариваться легче. Помощь Арбатова — не пустой звук, и мне она очень нужна.
Хотя, с другой стороны, припоминаю наши походы в рестораны и блюда, которые он недавно заказывал... говядина, форель.
— Овощное рагу с курицей. Будете?
Реально ожидаю отказа.
— Буду, — удивляет Руслан Германович и, явно развлекаясь, добавляет.
— И еще чай черный. С сахаром.
—А кофе?
Ну как же не подколоть.
— А кофе я буду завтра.
Вот черт.
— Ага, — киваю и спешу исчезнуть на кухне, чтобы занять руки готовкой, а голову.
Сколько не пытаюсь абстрагироваться, чувство неловкости не покидает. Не знаю, как объяснить феномен, но я словно чувствую Арбатова. Его присутствие. Он как раздражитель, который, даже не издавая ни звука, беспокоит на подсознательном уровне, не позволяет расслабиться и концентрирует на себе всё внимание.
— Арина, каким полотенцем можно воспользоваться?
Обычный вопрос, а меня кипятком обдает.
О боже! Трусы!
Утром повесила их сохнуть на полотенцесушителе в ванной, а теперь туда Арбатов забрел, чтобы помыть руки.
Кажется, я никогда так быстро не перемещалась по квартире, как в этот момент, только бы убрать из-под любопытного носа мужчины свои розовые хлопковые слипы.
На мое полыхающее заревом лицо он только усмехается и подкалывает.
