Это может показаться странным и нереальным, но хоть мы находимся за городом и ограничены одной территорией, у нас даже нет возможности нормально поговорить. Пока мужчины занимаются мангалом, шашлыками, перетаскивают мебель и делают кучу других мужских дел, я пробираюсь на кухню, где знакомлюсь с Катей – сестрой Перца. Она милая, и мы как-то сразу находим общий язык. Слово за слово, именно от нее я узнаю, что та брюнетка приехала сюда с одним из друзей Марика в качестве его невесты. Что у них была недолгая размолвка, но сейчас «тот самый, приятный период примирения».
«Именно поэтому она смотрит на моего Антона, как удав на кролика», - мысленно иронизирую я, хоть уже выть хочется от злости.
Может быть, Мой Мистер Фантастика «утешал» ее как раз в тот период размолвки? И может поэтому придумал ждать до моего девятнадцатилетия? Если у него есть женщина, то, конечно, он может спокойно относится к отсутствию секса со мной.
«Но ведь он сказал, что пока мы вместе – он только мой».
Я мотаю головой, пытаясь воскресить в памяти точную фразу, но ничего не получается.
Мы с Катей идем в гостиную, чтобы разложить подушки и пледы: в доме еще не очень налажено отопление и пока гости не «согреются» за праздничным столом, пледы точно не помешают. И там я снова натыкаюсь на Прилипалу, как раз за спиной моего Антона.
Стопка подушек валится из моих рук, потому что я точно видела, что за секунду до того, как мы вошли, она держала его за локоть.
Мы с Дымом скрещиваемся взглядами, он делает шаг ко мне – и я просто сбегаю.
Пячусь в сторону входной двери, бормочу какую-то ерунду и вылетаю на крыльцо как есть: в одном свитере, без верхней одежды.
— Пойдем лепить снеговика!
Хватаю валяющихся в снегу мальчишек – сыновей Кати – и веду их подальше от дома, чтобы наглухо прибить желание вернуться и… просто выораться своему Мужчине, как невыносимо сильно, до кровоточащего сердца, я его ревную.
Глава двадцать шестая: Антон
— Я хрен знал, что Пашкина невеста – твоя Славская! – шипит Марик, когда я спрашиваю, откуда она тут взялась.
– У них что-то замутилось быстро, месяца за три.
Ну да, блядь, именно столько я уже один. Был один. До Тани.
— Она не моя, - обрубаю Марика.
— Слушай, старик, я реально не знал. – Марик корчит грустную рожу.
Отмахиваюсь от него, потому что не понаслышке знаю, что в жизни случаются еще и не такие дерьмовые совпадения.
— Пашку на работу вызвонили, рано утром отчалят, - говорит Марик.
