Семь порочных дней

Что он о ней подумает после того, как она стонала и выдыхала его имя? Ее репутация уже погублена? Она превратилась в развратницу?

Виконт перекатился на бок, все еще перебирая рукой ее волосы. Его грудь поднималась и опадала от тяжелого дыхания:

- О Господи, женщина! - Ах да, она ведь стала женщиной, осознала Минерва. - Ты всегда застаешь меня врасплох. Я начал давать тебе урок в качестве наставника и вдруг, словно мальчишка, не смог удержать себя в руках.

Он хрипло, доверительно рассмеялся и, как ей показалось, уже через минуту захрапел.

______________________________

Примечания переводчика:

41) Многие выражения в английском, связанные с Францией, содержат намеки на разного рода непристойности.

- Иисусе! - Поморщившись от яркого утреннего света, Колин запустил руку в волосы. - Не могу поверить, что это случилось! Со мной еще никогда такого не было!

Минерва сонно перекатилась на спину и потерла руками глаза:

- Одевайтесь и поскорее! Мы проспали.

Они бросились умываться, одеваться и собирать вещи.

Впрочем, сумасшедшая спешка в некотором роде была на руку Пэйну - тут уж не до обсуждения прошлой ночи.

Но воспоминания о ней были еще яркими. Его возбуждало каждое движение спутницы. И то, как она проводила щеткой по спутанным темным кудрям, и то, как подскакивали девичьи груди, пока Минерва прыгала на одной ноге, пытаясь натянуть полуботинок на другую. Когда мисс Хайвуд ухватилась за плечо Пэйна, чтобы удержать равновесие, виконту показалось, что самообладание вот-вот снова оставит его.

Прошлой ночью он вовсе не преувеличил, когда заявил Минерве, что возбудился из-за нее, словно юнец, и поглупел раза в два. А сейчас Колин вёл внутренний спор с самим собой: "Черт возьми, приятель! О чем ты думал? У тебя ведь есть правила на этот счет!" - "Да. Но я не нарушал свои правила, а лишь немного раздвинул их границы".- "Раздвинул, перечеркнул, отымел, заставил вздыхать и стонать! - Пэйн вздрогнул. -Проклятье!"

А теперь предстоит провести еще один долгий день, трясясь на лошади и глотая пыль.

Прекрасно! По крайней мере, будет предостаточно времени для сожалений и раскаяния. Конюхи внизу, наверное, уже выбрали коня и надели на него взятые Пэйном в дорогу седло и уздечку. Нанимать каждые двадцать миль почтовую лошадь - не самый лучший способ путешествовать, уж для его задницы точно. Но другой возможности поспевать за экипажем просто нет.

Минерва отодвинула шторы и выглянула из окна:

- О, я вижу, семейство Фонтли усаживается в карету.