И что из каждой кроны за нами наблюдают маленькие злобные глазки.
Сиды ушли, забрав с собой свет, и лес заполнила тьма. Теперь в этой тьме обитают биншит, завораживающие путников смертельными песнями, и оборотни. Не веры, именно оборотни – злобные, кровожадные и безмозглые существа. С ними мне тоже пришлось столкнуться, и память об этом еще свежа.
– Вы знаете, что за маги ему помогают?
Даггерт усмехается:
– Подозреваю, это дети одного из высших эльфийских домов, только им под силу такое. Но никаких доказательств у меня нет.
– Но мы можем сделать хоть что-то? Сообщить Тиадару, к примеру.
– Этому сопляку? Боюсь, он ничем не сможет помочь.
– Эрионар ему доверяет, – качаю головой. – К тому же вы говорили, что с эльфами сбежали и несколько оркских шаманов. Может, пробуждение нечисти это их рук дело?
– Сомневаюсь, что у них хватило бы сил, – ворчит король.
– Вы сомневались и в том, что эльфы с орками смогут объединиться против дроу.
– Спасибо, что напомнила, – бросает он недовольно. – Эльфы всегда хотели получить власть над миром, их до сих пор гнетет, что они вынуждены подчиняться асурам, а нынешний король слишком молод, чтобы держать в узде распоясавшихся аристократов.
И вот еще что…
Он наклоняется к зеркалу и, глядя мне в глаза, цедит сквозь зубы:
– Есть кое-что, что меня беспокоит больше всего остального.
Я напряженно смотрю на него:
– И что же?
– Герцог не просто так сбежал именно в Лес, и не просто так скрывался там целый год, а теперь вдруг возник рядом с Королевскими холмами и пытается проникнуть внутрь.
У него наверняка есть карта!
– Карта? – замираю с открытым ртом. И тут же хватаюсь за голову: – Карта! Я сегодня уже штук пять нашла. Правда, они написаны рунами сидов, но что если вы правы, и герцог сумел достать карту Первородного леса на эльфийском или еще каком-то известном языке?
Даггерт удовлетворенно хмыкает:
– Такие карты есть, точнее, были, но их все изъяли и уничтожили, когда после ухода сидов в Лесу начали целыми обозами погибать путники. Прямой тракт через Лес всегда был самой короткой дорогой между Лирровельенором и Драконьими горами, я сам пользовался им не раз.
Но после гибели сидов этот путь стал смертельно опасным.
Пытаюсь осознать его слова. Если он прав, то тогда понятно, почему герцогу Кариону удавалось скрываться в Лесу целый год.
– А у кого были карты?
– У всех. У эльфов, веров, урнвагов. У нас тоже были.
– Вы уверены, что все уничтожены?
– Если бы был уверен, то не выдвинул бы эту теорию.
