Кольцо и браслет горят в моих пальцах, как будто они все еще в огне.
— Прости, Кирилл.
— За что, черт возьми, ты извиняешься? Это не моя гребаная жена. Найди ее.
Он не двигается, ни на дюйм.
— Чего ты ждешь? Я сказал тебе, черт возьми, найти ее.
— Ты уже сделал это, Кирилл.
Я хватаю его за воротник и притягиваю к себе, чтобы заглянуть в его чертову несуществующую душу."
"— Не морочь мне голову, Виктор. Я сказал тебе, что это не она, так что твоя задача — кивнуть своей гребаной головой и пойти искать ее.
Он ударяет меня по руке, и вместо того, чтобы убрать ее, он ее сжимает.
— Моя работа — говорить тебе суровые истины, и текущая из них заключается в том, что мы опоздали. Липовский умер после взрыва. Я понимаю, что ты не хочешь принять это…
Его слова обрываются, когда я бью кулаком ему по лицу. Он отшатывается назад, едва удерживаясь, прежде чем упасть.
— Заткнись нахуй. Она не умерла.
Он ничего не говорит, но его взгляд падает на кольцо и браслет, которые я все еще сжимаю в руке.
Ему не нужно ничего озвучивать, чтобы я услышал.
— У тебя есть доказательства.
Я поднимаю голову и смотрю на облачное небо. Это серая, мрачная и абсолютно депрессивная история, но она не сравнится с темной бездной, которая в настоящее время заменила мое сердце.
Мир всегда был для меня монотонным — либо черным, либо серым. Единственный человек, который познакомил меня с гребаной радугой цветов, теперь стал черным.
Сейчас ее вырывают из моего сердца и оставляют за собой бездонную яму.
Все превратилось в пепел. Все, что я могу сделать, это уставиться в небо, почувствовать, как слезы наполняют мои глаза, и испустить дикий крик.
* * *
Я был готов поверить, что Саша не была мертва.
Любой мог надеть этот браслет и кольцо на труп, чтобы заставить меня думать, что это была моя Саша.
Но потом тест ДНК совпал, и теперь я на грани, всего в нескольких моментах от того, чтобы переступить через себя.
Но я пока не могу присоединиться к ней.
Прошла неделя с тех пор, как я видел ее скелет. Им пришлось искать ее ноги, так как они были разбросаны по разным сторонам.
За неделю, в течение которой я не сомкнул глаз, я то и дело спотыкался в пьяном угаре и чуть не начал убивать всех, кого видел идущим по улице.
