Это было мощнее всего, что происходило там. В том гребаном аду.
Возникло ощущение, что там он сдерживался.
А сейчас… Выпустил все.
Жаль, этот жгучий поцелуй через балаклаву был единственным, что мы могли себе позволить.
Здесь.
Но дома…
Рядом кто-то прокашлялся.
Я оторвалась от мужа. Чуть сместилась, прижимаясь боком. Глянула в сторону.
И застыла.
Перед нами стоял генерал Дубинский. А около него Лера.
В этот же момент к нам добрались родители Руслана. Обнимали нас вместе, поняв, что сейчас будет трудно разлепить.
– Это твой парень? – спросила девочка, курсируя взглядом по Чернову.
– Муж, – с гордостью выдохнула я.
– Я тоже люблю военных, – уверенно выдала Лера. – Красивых, здоровенных!
Я улыбнулась. Светлана Борисовна весело прыснула. А генерал кривовато усмехнулся, но уже через мгновение вернул лицу офицерскую суровость.
– Курсант Чернова, – обратился официальным тоном. – О том, что ваш супруг – один из лучших бойцов в составе группы – наслышан. Сегодня вы показали, что рядом с ним – не просто жена, а самостоятельная боевая единица.
Вы были не слабее ни по духу, ни по действиям. Сработали не как курсант, а как профессионал. Спасли не только мою внучку, но и десятки гражданских. Переданная вами информация сыграла ключевую роль в момент принятия решения на штурм. Время в таких ситуациях – главный ресурс. Объявляю вам благодарность. С занесением в личное дело. И если в будущем что-либо потребуется – не стесняйтесь, обращайтесь. Людей, которые так работают под огнем, я не забываю.
У меня задрожало в груди.
Но…
Я вытянулась и четко отдала честь.
Дубинский мягко кивнул.
– Людмила – гордость выпуска. Передовой курсант, – вывел свекор, одними лишь интонациями разбавляя напряжение. – Хорошо, мой не растерялся.
По тому, как генерал хохотнул, поняла, что они друг друга знали.
– Молоток, парень, – похлопал Руслана по плечу. – Сила."
"Развернулся, подцепил Леру и медленно побрел в сторону парковки.
– Сын, – шепнула свекровь. – Мы заберем Люду, Севу и сватью к себе.
Все так перенервничали… А дома – надежно, тепло. Ты решай свои дела и приезжай.
Руслан посмотрел на меня. И в этом взгляде было все: и гордость, и тягучая привязка, и переживания.
– Ты не против? – спросил хрипло.
Голос – как наждак. Задевая нервы, своей силой причинял удовольствие.
– Нет, – толкнула я отрывисто.
– Тогда езжайте. Я сдам ствол, снарягу, отобьюсь, и следом.
– Хорошо… Мы будем ждать.
Он потянулся. Обнял. Коротко. Но с чувствами.
