Хотелось подобно сыну кинуться навстречу. Но не посмела. Замерла на ступенях. Наблюдая за тем, как Руслан подхватывает малыша на руки и, заставляя счастливо визжать, подбрасывает в воздух.
Севе так зашло, что он требовал еще и еще. Отец ему потакал, но меру знал."
"– На сегодня хватит. Много нельзя, а то голова заболит. Пойдем возьмем торбы. Поможешь мне?
– Да!
Нести сыну перепало свою же игрушку. А точнее, конструктор.
– Хо! – выдал он в запале. И, округлив глаза, как обычно, с криками побежал ко мне: – Ма-а-ма! Тахтох! Тахтох! – повторял, возбужденно размахивая коробкой, на которой красовался красный трактор.
– Ого! Какой огромный! – поддержала его восторг. – Будешь с папой собирать?
Он еще не знал, что такое конструктор. Но согласился без всяких уточнений.
– Да! С папой! Иг-гать!
– Играть, играть, – подтвердила я. Перевела дыхание и встретилась глазами с Русом. Грудь сдавило, а живот заломило спазмами, будто откуда-то снизу поднималась волна. – Все хорошо? – спросила, невольно понизив голос.
– Нормально, – отбил он ровно, глядя при этом так, словно нуждается во мне, как в воздухе.
Я сглотнула и выдавила улыбку.
– Тогда… Давай ужинать, – шепнула ласково, жестом приглашая к столу. – Мы тебя ждали.
Глава 80. Все в жизни возвращается на круги своя
После ужина не рассиживались. Руслан, как обычно, доев, сразу поднялся и вышел из-за стола. Задержав на мне взгляд, в котором, так или иначе, мерно пульсировало пережженное напряжение, поблагодарил и скрылся на противоположном конце веранды.
В том самом конце, где два года назад произошла наша первая близость. Свет лампы не дотягивал, оставляя Чернова в темноте, но вспышек от зажигалки и тлеющей сигареты хватало, чтобы я понимала, что он стоял у парапета и смотрел на нас с Севой.
Сева еще возился. Закончив с основной едой, догонялся любимым десертом – молочком с зоологическим печеньем.
– Беочка, – определял зверюшек во всеуслышанье, прежде чем мокнуть лакомство в напиток и с сосредоточенным видом отправить в рот. – Йев… С-с-он…
Я не торопила.
Деликатно напоминая, как правильно произносить то или иное слово, неподвижно сидела рядом. Хотелось бы сказать, что пребывала в полном состоянии покоя. Но в присутствии Руслана такое даже под давлением самовнушения не загнуть. Его близость так будоражила мозг, сердце, нервы, что все работало на повышенных оборотах. Бунтовали даже те участки организма, которые в норме не должны давать о себе знать. Все тело вибрировало – от горящей кожи до самых глубин.
