Когда у меня появляется свободная минутка, я сразу лечу домой, сажаю Майкла в инвалидное кресло и рассказываю ему о наших бизнес-идеях. Я раскрываю перед ним нашу газету и хвастаюсь тиражом. Затем читаю ее от корки до корки и рассказываю Майклу, что зачастую в нашей газете появляются настолько свежие новости, что их еще нет в других. Или рисую ему различные схемы, чтобы показать рейтинг наших сигарет, и рассказываю о наших новых технологиях, которые в отчаянных и многочасовых спорах мы выработали с Джеком.
Хотя Майкл с трудом произносит даже звуки, я чувствую, что он улыбается.
И пусть это не видно, но я это чувствую. А сегодня я подписала документы на покупку еще нескольких довольно крупных газет и одного кабельного телеканала. И все это я купила на полученную прибыль. Приехав домой, я разложила документы веером перед Майклом и восторженно рассказала ему о том, что теперь у нас есть собственный телеканал, а это значит, что уже забит камень в основание нашей бизнес-империи. В этот момент по щеке Майкла скатилась скупая слеза, и я знаю, что это от гордости за меня.
"
"Я всегда была сильной. Я плачу только ночью, когда Майкл спит. Плачу оттого, что угасает человек, который стал для меня родным и которому я очень сильно обязана в этой жизни. Все мои начинания имели успех. Компания мужа растет на глазах. Я подписываю бумагу за бумагой, создавая собственную империю, но при этом я все же теряю своего мужа. Несмотря на все мои успехи, я его теряю.
Дорогой дневник! И все же, несмотря ни на что, я верю в лучшее.
Я стала еще более сильной. Я уже не та наивная девушка, так необдуманно выскочившая за сочинского бизнесмена замуж. Я стала сильной зрелой женщиной и не хочу оглядываться назад. Я хочу идти только вперед. Тысячи людей отходят после инсульта. Встают, начинают говорить и учиться жить заново. Никто не вправе давать свои прогнозы. Жизнь распорядится так, как считает нужным. Главное – вера в лучшее и любовь. Я в состоянии дать это Майклу.
* * *Этой ночью Майкл умер.
Я проснулась, а он уже умер. Я вдруг поняла, что обнимаю холодное тело. Я не стала кричать, биться в истерике. Поцеловав его в лоб, я погладила его седые волосы и прошептала:
– Ты решил, что так будет лучше? Быть может, ты прав. Но мне будет очень тебя не хватать. Очень… Я так и не родила тебе детей, которых ты так хотел. Прости, дорогой. Я говорила тебе, что не могу иметь детей, но ты мне не верил. Ты всегда надеялся на лучшее, впрочем, как и я.
