Сердце Проклятого

Болела каждая клетка избитого тела, каждая косточка, каждая мышца, работавшая в невероятном напряжении эту последнюю безумную неделю! Возраст, о котором он так не любил вспоминать, навалился на него всей тяжестью, заставив колени дрожать, а сердце — трепыхаться.

Кац медленно выдохнул через стиснутые зубы, со свистом выпуская из легких наполненный болью и усталостью воздух. Турбина вертолета выла все больше, на остатки «патфайндера» упала тень винтокрыла. Черный геликоптер висел метрах в пяти над джипом, развернувшись фонарем к входу в Бахайские сады.

Какого черта, подумал Рувим, что тут делает эта птичка? Под брюхом вертолета был виден пулемет. Стволы вращались, но пилот не стрелял, просто завис над джипом, словно стоял в почетном карауле. Ждал? Но чего? Неужели кончились патроны? Винтокрыл явно не принадлежал террористам, иначе ни Каца, ни его спутниц уже не было бы в живых. Впрочем, времени на размышления, сомнения и ожидания у Рувима уже не было. Пора было действовать, и он высунулся из-за машины и тут же юркнул обратно: худшие опасения подтвердились — по лестнице бежали люди с автоматами.

Их было всего трое, но сейчас для обессиленного профессора и один был бы чересчур.

— Не высовываться! — крикнул Кац по-русски.

Гул вертолета был силен, воздушный столб от работающего винта гнал во все стороны мелкий мусор, прижимал звуки к земле, но Арин и Марина должны были его услышать.

Ну, сказал себе Рувим, на раз-два-три. Пошел!

Он выскочил из-за машины с оружием наизготовку, на полусогнутых, двигаясь не по направлению к противнику, а в сторону, с расчетом на то, чтобы найти укрытие за припаркованной в десятке метров слева машиной.

Атакующие были частично закрыты разбитой оградой, но Кац учел это и дал три коротких очереди над ней, не попал и снова нажал на курок. Выстрелов не было. Затвор застыл в заднем положении.

Профессор шмыгнул за старенький «субару» ровно в тот момент, как по нему выстрелили из нескольких стволов.

Пули ударили в машину, послужившую укрытием, выбили боковые стекла и они осыпались на голову Рувиму мелкой крошкой. Кац отсоединил магазин, хотя заранее знал, что увидит. Пусто. Патроны кончились.

В джипе были и пистолет, и автомат, но теперь, чтобы попасть к «патфайндеру», надо было преодолеть те же десять метров. Те же десять метров, но под огнем врага, который был рядом и с каждой секундой становился еще ближе.