Сердце волка

Соскочив с лошади, он схватил юношу за грудки и поставил на землю, а затем плеснул в лицо холодной водой из фляги и залепил звонкую пощёчину.

— Успокойся! Слышишь меня, Дэйн? Успокойся!

Маг с тревогой смотрел в вытянувшееся, будто звериное, лицо Дэйнара, в его сверкающие от ярости глаза, и не знал, что ещё сделать, чтобы мальчик действительно успокоился.

Тогда Аравейн вздохнул и, прикрыв веки, потянулся к Дэйну разумом.

И как раз вовремя — юный оборотень уже начинал терять контроль над собой, когда вдруг услышал твёрдый, спокойный голос прямо у себя в голове.

Его будто с размаху окунули в ледяное озеро. Ярость схлынула, гнев утих, и единственное, что он теперь чувствовал — это смертельную усталость, словно его целый день гоняли по деревне Рэйнар с Лирин.

— Спасибо тебе, Аравейн. Со мной всё хорошо. Поехали дальше. А то опоздаем.

Они подъехали к Нерейску, когда небо стало розовым, и солнце золотило песок, превращая его в сверкающий ковёр.

На горизонте показалось тёмное пятно. И Дэйнар уже успел подумал, что это очередной оазис, как вдруг солнце осветило высокий шпиль, стремящийся ввысь, словно копьё, воткнутое в землю.

— Нерейск? — оглянулся юноша на Аравейна, и маг молча кивнул.

Чем ближе они подъезжали, тем сильнее возрастало изумление Дэйнара.

Город оказался окружён не забором, как деревня белых волков в Арронтаре, и не стеной, как Лианор, а сплетёнными ветвями какого-то растения.

— Я называю это живой изгородью, — хмыкнул Аравейн, покосившись на ошеломлённое лицо Дэйнара. — Очень эффективно.

В высоту эта «живая изгородь» была примерно с трёх Аравейнов, а в ширину — с одного. Переплетённые между собой ветви угрожающе шевелились, выставляя наружу острые, длинные иглы, кончики которых были ярко-красными, и из-за этого казались вымазанными свежей кровью.

— И где здесь… э-э-э… ворота?

— Да где хочешь, — пожал плечами маг и спрыгнул с лошади.

Не дойдя до растения всего пары шагов, Аравейн медленно поклонился и произнёс:

— С миром пришли, с миром и уйдём, — и, протянув руку, проколол указательный палец одной из длинных иголок.

Дэйнар с удивлением наблюдал за тем, как растение, издав какой-то странный звук, похожий на урчание в сытом желудке, чуть раздвигает ветви. В результате в живой изгороди образовалась небольшая «дверь».

— Оно что, кровью питается? — тихо спросил юноша, когда они въехали в город и «дверь» за их спинами тут же исчезла.

— Что-то вроде того.