Сердце волка

Больше Дэйнар ничего рассмотреть не успел, потому что мужчина, раскинув широченные руки-лопаты, пробасил:

— Аравейн! Ах ты, старая седая псина!

— Трость синеглазая!

Толстяк на миг застыл, а затем обиженно протянул:

— Почему же лохматая? Я вроде недавно стригся.

Аравейн притворно вздохнул и обнял друга.

— И как обычно, бороду и усы решил оставить. Рад тебя видеть, Форс.

— И я тебя, Вейн. А кто это там стоит, что за мальчонка?

Дэйнар недовольно прищурился — «мальчонка»… В конце концов, ему уже восемнадцать!

— Твой будущий ученик, Форс.

Оборотень послушно приблизился к дому, ведя в поводу двоих лошадей — свою и Аравейна. Теперь, стоя на расстоянии вытянутой руки от Форса, Дэйнар мог рассмотреть его получше, хотя свет, лившийся изнутри дома, был не очень ярким.

Юноша чувствовал — перед ним маг, но природу его силы определить не сумел. Никто не учил Дэйна, как это правильно делать. Лицо у Форса было всё в застарелых шрамах, причём шрамы были явно от какого-то оружия.

А глаза были словно чай из дух-травы — светло-карие, они иронично блестели, рассматривая Дэйнара.

— Здравствуйте… э-э… господин, — неуверенно пробормотал юноша, не представляя, как правильно обращаться к новому знакомому.

— Ну уж прям-таки и господин! Господином я, мальчик, и не был никогда. Так что зови просто по имени.

— И на «ты», конечно. Ну давайте-ка, гости дорогие, проходите в дом, чего на пороге толпиться.

— Мой, — кивнул Дэйн. — Точнее, моя. Зовут Чарой.

Оборотень не заметил, как переглянулись Форс с Аравейном.

— Отлично, просто отлично… — пробормотал хозяин дома, впуская внутрь старого друга и будущего ученика.

Дэйнар взял Чару на руки и, переступив порог, в нерешительности остановился. Здесь было тепло и сухо, пахло смесью различных трав и книжной пылью. Небольшой, ярко освещённый коридор был заставлен обувью и какими-то мешками, на стенах висела одежда, и свободен был только правый угол, где стояли зеркало и пуфик.

— Ну и чего ты застыл? В гостиную проходи.

Поставив Чару на пол, Дэйнар сделал шаг вперёд, оглядываясь по сторонам. Комната была большой, с двумя окнами, и на подоконниках оказался настоящий книжный склад. Впрочем, под подоконниками тоже лежали книги. Книги же были и в шкафах, уставленных по всему периметру комнаты.