Север и Юг

— Итак, мама, — поинтересовался вечером мистер Торнтон, — кто принял твое приглашение на двадцать первое число?

— Фанни, где письма? Да вот они: Сликсоны, Коллинбруки, Стивенсы ответили согласием. Брауны отказались. Приедут Хейлы, только отец и дочь, миссис Хейл плохо себя чувствует. А еще будут Макферсоны, мистер Хорсфол и мистер Янг. Подумываю, не пригласить ли вместо Браунов Портеров.

— Отлично. Знаешь ли, после разговора с доктором Доналдсоном я понял, что миссис Хейл очень нездорова.

— Странно, что они приняли приглашение, если мать семейства серьезно больна, — фыркнула Фанни.

— Я не сказал, что она серьезно больна, — резко возразил Джон. — Сказал, что очень нездорова. Они могут об этом и не знать.

Внезапно ему вспомнилось, что, по словам доктора, Маргарет должна представлять истинное положение вещей.

— Возможно, они осознали, как ты вчера подчеркнул, и то преимущество, которое предоставит им — точнее, мистеру Хейлу — знакомство с такими людьми, как Стивенсы и Коллинбруки.

— Уверен, что на их решение повлиял вовсе не этот мотив.

Нет! Кажется, я понимаю, в чем дело.

— Джон! — неврно, как обычно, рассмеялась Фанни. — Почему так получается, что, когда речь заходит об этих Хейлах, ты никогда не позволяешь нам высказать собственное суждение? Неужели они так уж отличаются от других?

Она вовсе не собиралась его рассердить, но даже если бы очень постаралась, то не смогла бы добиться большего успеха. Джон предпочел гневаться молча и не снизошел до ответа, зато свое авторитетное мнение высказала миссис Торнтон:

— Мне они вовсе не кажутся какими-то особенными.

Мистер Хейл производит впечатление вполне достойного человека, но слишком простого для торговли. Так что хорошо, что он раньше был священником, а теперь стал учителем. Жена — утонченная, слабая здоровьем леди. А вот девушка несколько озадачивает, когда я о ней думаю. Впрочем, случается это не часто. Представляется, что ей очень важно пустить пыль в глаза — вот только не пойму, зачем и почему. Иногда даже создается впечатление, что она считает себя умнее и лучше всех. И это притом что они вовсе не богаты и, насколько могу судить, никогда таковыми не были.

— К тому же она плохо образована, мама: не играет на фортепиано.

— Продолжай, Фанни: в чем еще мисс Хейл не соответствует твоим стандартам? — резко вопросил Джон.

— Ну же, дорогой! — вступилась за дочь миссис Торнтон. — В словах твоей сестры нет ничего страшного. Я сама слышала, как мисс Хейл призналась, что не умеет играть.