– Так это же здорово! – воскликнул кожаный, оживленно потирая руки. – Нам тут приказали и банды ликвидировать, и контрабанду остановить, а проводника толкового нет. Да и отряд, на полторы сотни верст границы, сотня сабель. Пойдешь к нам проводником?
– Мне сначала решить надо, где жить дальше. Да и с чего жить, тоже, – задумчиво протянул Леха.
– Мы на постое под Приаргунском стоим. Там с нами жить и станешь. Паек, оружие, патроны, все получать будешь, – принялся перечислять Васильев.
– Патроны это хорошо, – задумчиво кивнул Леха.
– А оружие у меня и свое имеется. Фураж для коней тоже будет?
– Для этих, что ли? – кивнул Васильев на его цуг, так и стоявший у забора.
– Для них, – кивнул Леха, следя за его реакцией.
Кони у него и вправду были хороши. Офицерский, английской породы, на котором ехал британец, и два молодых мерина. Эту тройку Леха отобрал и отловил на дороге, когда уничтожил преследовавших его японцев. Остальные лошади были гораздо хуже. Их явно собирали для погони по всему городу. Так что парень просто снял с лошадей седла и уздечки, потом отпустив.
Найдут дорогу домой, хорошо. Нет, значит, не повезло.
– Знатный жеребец, – удивленно проворчал Васильев, рассматривая коней и поклажу.
– Трофеем взял. И коней, и оружие, – все так же коротко пояснил Леха.
– Ага, как же, трофеем, – скептически проворчал анархист Гриня, доставая серебряный портсигар.
Вместо ответа Леха стремительно развернулся и, не поднимая руки, спустил курок. С головы анархиста слетела фуражка, сбитая его пулей.
– Это последний раз, когда я тебе твои слова спустил, – зашипел парень, глядя на него с нескрываемой ненавистью. – Запомни, я брехать не приучен. Что сказал, так оно и есть.
– Ну, ты и бешеный, – растерянно проворчал Васильев, покачав головой. – А теперь и ты запомни. В нашем отряде против соратника оружие не применяют.
– А я пока не в вашем отряде, – ехидно усмехнулся парень.
– Так ты что же, откажешься помогать революции? – тут же завелся кожаный.
– Ты сначала мне расскажи, что такое эта ваша революция.
А я послушаю, да подумаю, – нахально усмехнулся в ответ парень.
– Ты что же, про революцию в Питере не знаешь? – растерялся Васильев.
– Слышал, что кто-то царя скинул. А кто, зачем, почему, и знать не знаю, – пожал парень плечами.
– Да как так-то? – возмутился кожаный. – У вас же тут каторга рядом. Наших товарищей десятки томились. Неужели никто ничего не рассказывал?
– А кто станет каторжных слушать? – удивился Леха. – Да и не до того мне было.
