Шаги за спиной

Тюремщик - это, конечно, не лекарь или воин, но в любой работе есть своя порядочность. Никто не мешал коменданту устроить маленькую преисподнюю для магистра. Перевести его в самую сырую камеру, запретить все передачи с воли, как-то издеваться или мучить - тьер ничего этого не сделал. Он просто добросовестно исполнял свой долг. За что тут карать?

А вот оставить пару ложных следов можно. Шеллен повернулся к Массимо.

- Почему тьер Даверт решил помочь мне?

Массимо блеснул глазами. Он отлично понял, в чем дело, и решил отыграться на тех, до кого не смог дотянуться.

- Ему предложили хорошие деньги за вашу свободу. И не только деньги.

- Вот как? А что еще?

- Брак с дочерью герцога.

- Какого? - Шеллен действительно был поражен. Массимо пожал плечами.

- Я, конечно, могу рассказать, но...

Комендант демонстративно отвернулся. Не слушаю, и слушать не стану. Массимо наклонился к самому уху Шеллена.

Судя по тому, каким огнем вспыхнули глаза коменданта, он услышал. Вот и чудненько. Будет ему, что кинуть Эттану Даверту.

Коменданта они высадили примерно в часе езды от города. Целого,  невредимого,  и не верящего своему счастью. Луис Даверт на прощание наградил тьера многообещающим взглядом,  и попросил не рассказывать Преотцу ничего лишнего. А то ведь Луис уехал,  а люди у него остались. Могут и визит нанести.

Комендант побледнел до свеже-сметанного оттенка, но Луис даже не сомневался,  что первым делом тьер бросится к Эттану Даверту,  которому и доложит все. Вплоть до цвета кареты и цвета подштанников на Массимо.

Алаис они встретили спустя час. Карета стояла и ждала,  герцогиня расхаживала рядом,  переплетая пальцы в разных сочетаниях, смотрела в сторону Тавальена... и такая радость отразилась на ее лице при виде Луиса,  что мужчина не выдержал. Спрыгнул с коня,  подхватил женщину на руки.

- Мы это сделали, Алаис! Мы это сделали!

Больше он сказать ничего не смог,  по очень приятной причине. Рот ему закрыли поцелуем. Алаис крепко обняла его,  прижалась,  и слышно было,  как бешено бьется,  постепенно успокаиваясь,  ее сердечко.

- Все в порядке, - шепнул Луис ей в волосы. - Даже никто не ранен.

Алаис положила голову ему на плечо. Миг слабости,  только миг,  когда шеи Луиса коснулись горячие губы,  и тут же герцогиня взяла себя в руки.