Сделал вид, что уронил какую-то мелочь из кармана, пытался найти её под столом.
— Говори, — разрешил Кеннет, когда арка схлопнулась за спиной Сокола и погасла.
— Я должен охранять госпожу Софию. Без отряда. Сам. В большой тайне. Она не хотела ехать в дом Франко. Не считала себя его невестой. Я не могу просто взять и оставить её там.
— У вас что-то было? — сухо спросил глава клана. — В доме Этана.
Командир боевых магов опустил взгляд. Мялся, как мальчишка, подбирал слова.
— Нет, но она согласилась на мои ухаживания.
Лин Делири, там по-настоящему невероятная история. Наши предки почти обвенчали нас. Связали судьбы. У нас теперь один путь. Я не отдам её Франко Гвидичи. Уже нет.
На Кеннета такая слабость навалилась, такая усталость. Вроде бы радоваться нужно, что у Софии есть ниточка, связывающая её с кланом. И он соглашался с Хельдой, что Линней — хорошая пара для иномирянки-кочевницы. Но, бездна и все её демоны! Линней, рвущийся спасать возлюбленную, осложнял и без того непростую ситуацию вокруг Франко.
Что делать? Запретить ему? Притянуть за уши какую-нибудь провинность и упечь в подвал кланового дома? Глупо. Чем выше забор вокруг любимой женщины, тем ярче желание её украсть. Можно вместе с забором.
— Будем считать, что нашего разговора не было. Я не слышал, что ты собираешься ходить вокруг особняка Гвидичи в Бессалии. Один. Без помощи кого-либо из клана и без нашего чёрного мундира.
— Я понял, лин Делири. Спасибо.
— Подожди, — поморщился Кеннет. — Хочешь тайком видеться с Софией? Я не против.
Но пока мы не решим вопрос с императором Синэрием и договором на драконов, она останется в доме Франко. Надеюсь, это тоже понятно.
Линней скрипнул зубами в ответ, но медленно кивнул.
* * *Особняк Гвидичи мало чем отличался от особняка Делири. Я сидела в отведённой мне комнате и читала книги. Слуги вынужденную гостью не беспокоили, а хозяйкой я сама себя не считала. Заявления о пророчестве никак не влияли на мой статус. Громкоголосая и нагловатая Вивьен делала всё, чтобы показать — меня здесь не существует.
Да, вот так. Проиграв прямое противостояние, она увлеклась скрытой, позиционной борьбой. С утра начала строить и ровнять слуг.
“Занавески нужно открывать с восходом солнца и подвязывать на бессалийский манер. Пыль вытирать каждый день, статуэтки начищать до блеска! Я научу вас работать в солидном доме!”"
"Раздражало ли это? Ещё как. Я мечтала заткнуть уши ватой и до рези в глазах вчитывалась в описание быта местных кочевников.
